Развод в 50. Муж полюбил другую (СИ)

Замираю, не смея поднять глаза, чувствуя, как сердце колотится так сильно, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

— Это потрясающе, Рания, — говорит он тихо, почти шепотом. Его голос звучит ниже обычного, с легкой хрипотцой. — То, что вы делаете для этих детей… Это настоящее чудо.

Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом. В темных глазах Самира читается такое восхищение, что у меня перехватывает дыхание. Никто из мужчин не смотрел на меня так со дня ухода Рамазана.

— Вы удивительная женщина, Рания, — произносит он, все еще не убирая руки. Его большой палец едва заметно поглаживает тыльную сторону моей ладони, вызывая волну мурашек, пробегающих вверх по руке к шее. — То, что вы делаете для этих детей, заслуживает высочайшего уважения.

Чувствую, как щеки заливает румянец. Жар поднимается от шеи к лицу, и я знаю, что сейчас должна выглядеть как спелый гранат. В свои годы краснею, как девчонка. Осторожно высвобождаю руку, делая вид, что нужно поправить чертежи, и отстраняюсь, возвращаясь на свое место. Кажется, сажусь слишком быстро. Самир садиться на свое место, не отводя о меня взгляда.

— Это не только моя заслуга, — отвечаю, стараясь скрыть смущение и унять дрожь в голосе. Пальцы нервно перебирают краешек блузки под столом. — У нас прекрасная команда.

— И всё же, — он слегка наклоняется вперед, сокращая расстояние между нами. Кресло скрипит под его весом, а свет настольной лампы создает золотистый ореол вокруг его силуэта. — Без вас этого бы не было. Иногда нужен один человек с большим сердцем, чтобы изменить мир. Пусть не весь мир, но хотя бы маленькую его часть.

Его слова находят отклик где-то глубоко внутри, словно задевая невидимую струну. В груди разливается тепло, а к горлу подкатывает ком. Сглатываю, стараясь не показать, насколько тронута. Самир всегда знает, что сказать, чтобы поддержать, воодушевить. В его присутствии я чувствую себя сильнее, увереннее.

Молчание затягивается, но оно не кажется неловким. За окном продолжает идти снег, хлопья становятся крупнее, а ветер усиливается, заставляя их кружиться в диком танце. В кабинете тепло и уютно, настольная лампа создает островок золотистого света, в котором мы словно отгорожены от всего мира.

— Вообще-то, я пришел пригласить вас на ужин, — произносит Самир с легкой улыбкой, нарушая тишину. Его голос звучит спокойно, но я замечаю, как пальцы слегка сжимают подлокотники кресла — единственный признак волнения. — Просто ужин, чтобы отметить успех вашего нового проекта. Что скажете?

Замираю, не зная, что ответить. Время словно останавливается, а в ушах начинает шуметь кровь. Мы встречались по делам фонда, разговаривали на благотворительных вечерах, но никогда не оставались наедине в неформальной обстановке.