Развод в 47. Я тебя никогда не любил

— Не вопрос, сегодня лично переговорю с хозяином, могу вас уверить, что с карьерой тренера в этом городе она может попрощаться.

— Спасибо. Еще мне нужен нотариус. Квартиру продать.

— Он в соседнем кабинете. Нет, проблем.

Договариваюсь с нотариусом на следующий день. Чем быстрее я продам квартиру, тем скорее смогу начать свое дело. Мне надо двигаться. Не останавливаться ни на минуту.

Потому оставшуюся часть дня я езжу по объявлению и смотрю разные помещения для своего фитнес-центра.

Об остальном запрещаю себе думать. Глушу боль в зародыше. Не позволяю ей разрастись и затуманить разум.

Вечером приезжаю уставшая домой. Подхожу к подъезду, а из машины неподалеку, выбегает моя младшая дочь Эрика. И с криком:

— Мамочка, — виснет у меня на шее. — Я так переживала! С тобой все хорошо?

Глава 25

Родная дочь, а запах от нее чужой. Предательством несет.

Руки так и остаются висеть плетьми. И сама будто каменею.

— Мам! — дочь голову на бок склоняет, в глаза мне заглядывает. — Не переживай так. Все наладится. Я вот приехала тебя поддержать и не одна, — указывает пальцем на машину, из которой выходит ее муж Давид.

Здороваемся с ним кивками головы. Парень топчется на одном месте, к нам не подходит.

— Как вы меня нашли? — отстраняю дочь.

— Мы не знали точно. Звонить я тебе не рискнула, — опускает глаза. — Папа говорил, ты сложно все это переносишь. Он и подсказал, поискать у этой, — морщит свой немного вздернутый, курносый носик, усыпанный веснушками, — Таисии.

В детстве все умилялись Эрикой, девочка куколка. Задорная, веселая, добрая. Как из нее выросла предательница?

Из-за болезни разбаловали? Мы знали, как дочкам плохо, они болеют и старались скрасить их дни. Покупали все, что они хотели. Невыносимо слышать, как твой ребенок плачет от боли, хочется сделать все, чтобы ему стало легче.

Перестарались…

Хотя бывшему нормально, его же пока не предали.

— Какой у тебя папа молодец, все знает, все подсказал, — замечаю не без сарказма.

— Мам, я знаю, как тебе сейчас. Понимаю. Но ты связалась не с той. Таисия очень опасный человек! — и рожицу корчит скорбную, глаза округляет.

Я могу ей сейчас высказать все. Развернуться и уйти. Но мне интересно, зачем приехала, что она от меня хочет. Потому пока сдерживаюсь. Хотя… надолго меня не хватит.

— Ты ее даже не знаешь лично. Откуда такие выводы? Папа тоже рассказал? — выгибаю бровь.

— Мам, да я давно про нее слышала, еще до этого всего. И Злата рассказывала, и Давид, и Азалия. Ты думаешь, они просто так с ней не общаются? За дело! — поднимает вверх указательный палец.

— А Злата с Азалией у нас же ангелочки, — склоняю голову набок.

— Пойдем, отойдем, — берет меня за руку и ведет к беседке, что напротив дома. — Нечего чтобы соседи тут уши грели. Райончик то бомжицкий.