Развод. Ты не уйдешь (СИ)

Глеб морщится, словно слова причиняют ему ужасную боль, изжогу сильнейшую.

— Мария — это…

— Я — Любимая Женщина Алексея! — пафосно заявляет она. — Я жду от него ребенка.

— Ты с ума сошла, кошка драная? — ахает тетя Лариса. — Ты что такое говоришь? Мразюка! Светлое имя хорошего человека не пачкай.

— У меня есть доказательства, — хищно сверкает улыбкой Мария и тянется за телефоном.

Глеб меняется в лице.

— Тварь. Ты сказала отцу, что удалила все фото и видео! В обмен на новую машину!

Я сопоставляю факты.

Машина? Новая машина? Это та самая, которую Глеб выбирал с Марией?

Моя подруга видела их вместе, но все неверно интерпретировала?

Все еще пребываю в шоке…

Не могу поверить, что свекор и Мария… Нет, не могу представить!

Он же так сильно сдал в последнее время, но до этого был, как он сам говорил, крепким мужчиной, хоть куда. Он и бизнесом до последнего занимался, только год назад как полностью отошел от дел и передал бразды правления Глебу…

— Дай сюда телефон! — гремит голос Глеба.

Он хватает пальцами запястье Марии и крепко сжимает. Она роняет телефон, Глеб прикладывает ее палец к экрану и ищет всюду снимки и компромат.

— Где? — рявкает он. — Где? Отвечай! У тебя был уговор с отцом, что ты помалкиваешь, получаешь машину и сваливаешь в закат. Не заикаясь! Но тебе стало мало… И тогда он попросил меня довести дело до конца. Где ты припрятала фото? Ты разинула пасть раньше времени, ты не усидела в дыре, откуда вылезла, дрянь продажная! Не думай, что наши уговоры все еще имеют силу! Где фото?!

Глеб в ярости выглядит очень страшно.

Мария испуганно падает в кресло.

— Нет. Нет никаких фото… Вы тогда с облака все удалили, — блеет.

— Я заберу это и проверю!

Глеб прячет телефон в карман.

— Извините, — обращается к собравшимся. — Прошу всех помалкивать об услышанном.

Воцаряется тишина, прерываемая лишь всхлипываниями Марии и причитаниями, что беременную нельзя вгонять в стресс…

Вот же…

У меня нет слов!

Первым приходит в себя нотариус, собирает нужные подписи, оформляет все должным образом.

— Глеб, у нас с вами еще одно дело, — говорит он. — Персонально для вас.

Тетя Лариса и друг отца собираются потихоньку, видно, что они в шоке от услышанного. Но первой выскакивает Мария:

— Я этого так не оставлю! — грозит напоследок.

Мы все смотрим, как она сбегает, цокая каблуками…

Я медлю. Но тоже хочу уйти, просто отойду немного от шока.

Уточнив, где находится туалет, направляюсь туда, пошатываясь.

Меня тошнит, выворачивает съеденным. Самочувствие оставляет желать лучшего. Выхожу из кабинки с трудом и замечаю Глеба.

Стоит возле раковины, напряженный и побледневший, смотрит на меня с беспокойством.

— Как ты? Сильно полоскает?

— Неслабо, — соглашаюсь я, умываясь у раковины, привожу себя в порядок.