Развод. Ты меня предал (СИ)

— И уж извини, у тебя дочь, которую тебе еще учить и поднимать на ноги. И ты ей купил кроссовки, которые обещал?

— Да твою ж дивизию, — Матвей сжимает переносицу, и сейчас в нем нет той обреченной меланхолии. — Ада, ты решила мне мозг поковырять?

— Эти кроссовки — показатель того, к какому уровню жизни привыкла наша дочь, — тихо и возмущенно продолжаю я. — И я со своей зарплаты не смогу позволить эти кроссовки. Я не знаю, может, там подошва из золота, а шнурки из волос единорога…

— А мне не нужны уже кроссовки, — раздается тихий голосок Лили.

— Нужны, — сердито вглядываюсь в глаза Матвея, — и обещания надо выполнять, а то в следующий раз будем требовать расписку с нашего папочки.

— Да ладно тебе, мам… — на кухню просачивается Лиля.

— Где их можно купить? — цедит сквозь зубы Матвей, не отводя от меня взгляда.

— Лиля, — строго говорю я.

— Мам…

— Скажи папе адрес и размер ноги, а то он у нас такую информацию не задерживает в голове, — тихо отвечаю я.

— Тридцать третий, — говорит Матвей.

— Тридцать пятый, — Лиля слабо улыбается. — А у мамы тридцать восьмой."

"— Принято, — Матвей выходит, одернув полы пиджака.

Слышу, как хлопает входная дверь, и опускаюсь на табуретку. Подпираю лицо рукой.

— Мам, ты так зря… — шепчет Лиля.

— Отправь ему фотографии кроссовок, — поднимаю на нее взгляд. — Пусть побегает.

— Да их раскупили уже, — Лиля фыркает. — они же типа из лимитированной коллекции…

— Я знаю, — тихо отвечаю я. — Вот и говорю, пусть побегает.

— Мам.

— Мужик не должен сидеть и жалеть себя, Лиля, — закрываю глаза и медленно выдыхаю, когда к горлу подкатывает ком тошноты. — И он сам виноват. Сам пришел.

— И я его даже не уговаривала, — Лиля садится напротив. — И побурчал, что двор отвратительный и негде припарковаться.

— Сейчас будет бурчать на консультантов и продавцов, — тихо усмехаюсь. — Ему полезно.

— Так… развода не будет?

К горлу подкатывает новый ком тошноты, и я его не могу в себе сдержать. Вскакиваю и кидаюсь к раковине. Меня выворачивает с жуткими звуками, а затем я умываюсь, вытираю рот полотенцем и сползаю по стеночке на пол.

— Мам? — шепчет бледная Лиля.

— Да? — поднимаю на нее усталый взгляд.

— Тебя на солененькое не тянет?

Глава 45. Кроссовочный маньяк

— Я ищу сраные кроссовки, — рычу я и гипнотизирую светофор, который не желает переключаться.

— Ты меня озадачил, — раздается ленивый голос Юры. — Какие кроссовки? Мне Игоря вызванивать?

— Да хорош, Юр!

— Ты объясни, что за кроссовки. Я только слышу маты, потом кроссовки, затем ты рычишь и опять материшься.