Развод. Точка. Нет

А мне к тёте Варе очень надо… я хочу попросить её, чтобы она забрала меня из детдома.

У Стёпы на глазах снова блеснули слёзы, я тоже едва не расплакалась, представив, как тяжело живётся ещё недавно домашнему мальчику в этом обществе малолетних преступников и равнодушных педагогов.

Я видела, как у мужа заходили желваки, вероятно, он думал о том же самом. Чтобы отвлечься, посмотрела на часы: было полчетвёртого.

— Кушать хочешь? — спросил Кир, покосившись на Стёпу.

Мальчик вопросительно посмотрел на меня, я кивнула и улыбнулась.

— Хочу, мы ещё в час ели суп, котлету я не захотел.

— Почему не захотел? — нахмурился Кир.

— Она невкусная. Воняет. У мамы всё было вкусно, она хорошо готовила. И бабушка тоже. А их повара продукты тянут домой, вот и невкусно. — Видимо, уловив мой недоверчивый взгляд, Стёпа замотал головой: — Правда-правда. Так большие ребята говорят и Оля тоже.

Конечно, после домашней пищи ребёнку трудно привыкнуть к столовской. И не факт, что повара именно такие, какими описал их Стёпа. Просто подходы к готовке пищи другие, чем дома.

По себе помню, редко сдавала деньги на школьные обеды, потому что всё казалось невкусным, ела только толчёнку или лапшу, остальное оставляла нетронутым, но не будешь ведь платить немаленькую сумму только за то, чтобы поесть в столовой копеечную вермишель? Потому всю школьную жизнь перебивалась буфетной продукцией: булочками и пирогами.

— А кто такая Оля? — между делом спросила я, доставая телефон, ибо услышала характерный звук сообщения. SMS была от Макса. «Всё нормально?» — написал он.

Отвечать было некогда, потому я просто отправила смайлик с поднятым вверх большим пальцем.

— Оля… она тоже из детдома, нас вместе привезли, у неё тоже нет родителей.

Муж хмыкнул и перевёл взгляд на меня:

— Может, заедем в кафе? Что-то есть хочется. Я бы сейчас супчика какого-нибудь неострого навернул. А то когда ты ещё ужин приготовишь.

Я кивнула Киру и улыбнулась, обращаясь к Стёпе.

— Пиццу любишь?

— Люблю, бабушка иногда пекла.

Мы заехали в итальянский ресторан и взяли себе две разные пиццы, а Киру — лёгкий суп минестроне. Стёпа по кусочку попробовал каждую и решил, что самая вкусная «Маргарита», потому что похожа на ту, которую пекла бабушка.

Пообещав, что я принесу на следующий день специально для него кусочек тортика, мы расстались со Стёпой возле ворот детского дома.

Он всё шёл и оглядывался, до конца не веря, что мы не пойдём на него жаловаться директору детского дома за воровство.

Мы и не планировали, хотя побеседовать с Инной Александровной стоило бы, но только о том, что большие заставляют маленьких воровать, а воспитатели, зная об этом, проблему замалчивают.

Однако этот разговор решил взять на себя Кир, пообещав встретиться с директрисой в ближайшие дни.