Развод. Тени прошлого (СИ)

– И не смей больше вообще подобного Рите говорить. Это наши отношения, и мы сами разберемся.

Ольга Александровна фыркнула, но встала на ноги.

- Разобрались уже. Собрались двоих детей оставить без отца.

- Никто без отца их не оставляет. Ты если с внуками вообще видеться хочешь, думай, что говоришь, и в отношения наши не лезь. Тебя совет никто не спрашивал.

Звук пощёчины рассек воздух. И я с открытым ртом стояла, и смотрела, как Ольга Александровна впервые при мне подняла руку на сына.

Но, кажется, и он, и она были в не меньшем шоке, чем я.

40 глава

В комнате воцарилась тишина. На заднем плане слышно было, как играет Лёва, а мы втроём замерли. Первой отмерла Ольга Александровна.

- Вырастила сына. Спасибо, конечно. – Сказала она, перед тем, как выйти. Её голос дрожал, выходя она явно заплакала.

Моё сердце сжалось, и злость, которую свекровь всколыхнула до этого, начала отступать.

- Ты как, нормально? – Максим всё ещё стоял у входа. Смотрел на меня выжидающе, немного исподлобья. Челюсть была сжата. Вся эта ситуация и ему была неприятна.

- Да. Тебе надо извиниться. Не нужно было так говорить со своей мамой, она этого не заслужила. – Я опустила голову, начав рассматривать свои руки. Она и от меня тех слов не заслужила.

Почему, когда кто-то давал тебе советы, всегда так хотелось сказать что-то наперекор? Что, если она была права, и мы совершали глупость?

- Давай я сам буду решать, с кем мне говорить, и что. Я, вообще-то, за тебя вступился.

- Я не просила.

- Как я устал от всего этого. – Максим вышел, громко хлопнув дверью. Так, что косяк немного задребезжал. Я даже вздрогнула от этого звука.

Но я не смогла надолго оставаться в комнате одна. Чувство вины грызло меня изнутри. Осторожно выглянув из комнаты, я прислушалась. В коридоре было пусто. Свет горел из кухни, а ещё в детской раздавались приглушенные голоса."

"Первым делом я пошла в комнату к Лёве. Заглянула туда, но там обнаружился лишь сын и Максим, играющий с ним.

- Лёва, ты кушать будешь? – сын поднял на меня голову, и, весело улыбнувшись, кивнул, промычав «У-гу». Когда я видела его улыбку, все проблемы уходили на второй план. Я понимала, что со всем справлюсь, и все смогу.

Макс даже не посмотрел на меня, усиленно делая вид, что крайне занят сборкой какого-то конструктора, который мы купили Лёве на выписку из больницы.

Я прикрыла за собой дверь, и пошла на кухню.

Свекровь, когда я зашла туда, сидела ко мне спиной. Её плечи чуть заметно подрагивали, и новая иголка вины уколола меня прямо в сердце.

- Ольга Александровна… - тихонько позвала я. Она никак не отреагировала.

Тогда я подошла к электрическому чайнику, налила туда воды, и нажала на кнопку, чтобы его вскипятить.

Развернувшись, увидела свекровь сбоку. Её лицо было красным, всё в слезах. Нос распух и тоже покраснел.