Развод. Со мной так нельзя (СИ)

И вперил в меня тяжелый взгляд, который словно бы говорил: Ну? И что ты с этим будешь делать?

Я же моргнула раз, другой, склонила голову набок.

– Ты про мужа Нины? – уточнила на всякий случай. – Или ко мне мог прийти еще какой-нибудь опасный человек?

– А ты с кем-то еще нашла общий язык?

Ага, значит, задело. Что ж, это даже хорошо.

– А какое твое дело? У нас развод, Ковалев, если ты забыл. Находить какие угодно части тела с другими мужчинами я могу в любое удобное для себя время. Тем более, что оно теперь у меня совершенно свободно.

Алексей начал злиться, но, на удивление, очень быстро взял себя в руки. Видимо, решил, что разборками делу не поможешь. Или выучил этот урок, исходя из того, во что превратилось наше предыдущее общение.

– Я был у Нины. Она рассказала мне правду, – начал Ковалев, подбирая слова.

Я решила, что выслушаю его, не перебивая. Несмотря на то, что все внутри противилось тому, как спокойно и даже ровно мы обсуждали его любовницу, сидя у нас на кухне.

– Сказала, что вышла замуж за Игоря, когда у нее уже был Антон. Это ее сын. Пожила с ним какое-то время, но очень быстро их жизнь превратилась в ад. Потому что Нина столкнулась с настоящим абьюзером.

Я вскинула бровь, слушая мужа с неподдельным интересом. Вот это лапши она ему, конечно, на уши навешала, если он говорил об этом настолько уверенно. Ковалев хоть знал, кто такие абьюзеры?

– Игорю пришлось уехать, он оставил Нину с сыном, но угрожал ей расквитаться с Антошкой, если она найдет другого.

Вот тут-то я не выдержала. Рассмеялась и поинтересовалась:

– А Нине настолько плевать на сына, что она решила залезть к тебе в постель? Или чесалось между ног так сильно, что можно и Антоном пожертвовать?

На скулах Алексея заиграли желваки, однако мне было все равно на то, что он злится. Я считала, что имею полное право высказываться про его неземную нимфу, которая, похоже, очень хорошо устроилась, вертя мужиками направо и налево.

– Ариш… не нужно так, прошу. Мне очень жаль, что все вышло так. Что ты и наши дети пострадали от моих рук. Но я хочу все исправить. Мы разведемся, я не против, но дай мне возможность вас уберечь!

Я не выдержала и стала гоготать в голос. Нашелся тоже мне, уберегатель! От себя не смог, а от чужого абьюзера – на раз-два.

– Как ты себе это представляешь? – спросила я, когда отсмеялась. – Переедешь к нам обратно?

– А можно?

– Естественно, нет!

У меня даже брови на макушку подпрыгнули от того, что Ковалев спрашивал об этом, что называется, на голубом глазу. Еще не хватало, чтобы ему в голову взбрела «чудесная» мысль явиться сюда и здесь жить под благовидным предлогом охраны.

– Игорь за время нашего общения ни словом и ни делом не показал, что я должна чего-то опасаться.