Развод с драконом. Служанка в заброшенной усадьбе (СИ)

(Тогда я еще не знала, что драконы видят и чувствуют намного больше людей, маской их не обманешь. Я вообще ничего не знала тогда о драконах.)

— Я задал вопрос.

Ах он задал вопрос…

Кулаки сжались так сильно, что из мокрого платья хлынула вода.

— Не вижу причин на него отвечать, господин Первый советник.

— Не видишь. Причин, — медленно повторил он. — И почему же?

Голос был спокойным и насмешливым. Любопытным.

Конечно!

Он… сломал мне жизнь, из-за него восемьдесят три девочки могут оказаться на улице — и теперь он насмехается! Любопытно ему!

— Потому что, — дрогнувшим голосом начала я, — это не ваше дело. Господин Первый советник. Сэр.

Выпрямившись, я обернулась и изо всех сил постаралась не вздрогнуть. Господин Первый советник был одет в форменный темно-синий китель с длинным рядом золотых пуговиц и тяжелыми эполетами.

Я впервые увидела его без маски — лицо было совсем не таким, как я себе представляла. Да и на собственные портреты он оказался не похож.

Яркие фиалковые глаза, насмешливый изгиб полных губ, широкий лоб и тяжелый подбородок. Волосы, отброшенные назад, были темными и доставали почти до плеч. На виске красовалась маленькая родинка.

Выглядел он… красивым. И очень, очень усталым. Круги под глазами, сжатая челюсть, напряженный взгляд.

Первый советник осмотрел мою фигуру, и я поежилась. Он хмыкнул.

— А ты берега не перепутала, красотка, таким тоном со мной говорить?

Нет, он издевается!

Самое обидное то, что сердце у меня подпрыгнуло от этого его «красотка», пусть и язвительного. Видит бог, я в жизни не влюблялась и считала всяких там бабочек в животе исключительно призраком несварения, но теперь…

От этого я разозлилась только сильнее. Вот нашла в кого!

Лучше бы в сына мельника. Он, правда, слегка юродивый и иногда начинает видеть вокруг то зайцев, то кошек, то других неведомых зверушек, зато животных любит и вообще — добрый.

Высушив платье — магия откликнулась неохотно, так что местами ткань осталась влажной, — я принялась одеваться.

— Не перепутала. Моя жизнь кончена, все самое страшное уже произошло. Что бы вы сейчас ни сделали — хуже уже не будет.

Платье (слишком влажное и не особо-то чистое), наконец оказалось на мне, и я почувствовала себя спокойнее.

И сразу сообразила, какую глупость я сморозила. Нужно было… нужно было попросить за приют! За девочек! Это же Первый советник, он буквально всемогущий! А я…

— На кой хрен ты мне все это рассказываешь? Хочешь, чтобы я тебя пожалел — или что?

Да пошел ты! Вот.

— Ладно. Говори давай, что у тебя стряслось, — лениво бросил он, подходя ближе.

— У меня стряслись вы. Сэр. — выпалила я. — Всего-то! Кто вас просил?

— О чем? — поднял бровь он. — Что ты несешь, перегрелась? Хотя, скорее, — он окинул сальным взглядом мою фигуру. — Переохладилась.