Скандальный развод

В спальне что-то с грохотом падает на пол. Я трезвею моментально, в отличие от Вадима.

Он продолжает меня целовать. Его рука сминает ткань юбки, прижимается к коже бедра, а меня окатывает омерзением.

Там, в спальне, он спрятал одну, а меня собирается разложить здесь?

— Пусти, — вырываюсь, отталкивая. Отступаю и смотрю со злостью. — Тебя где вообще воспитывали? Ты какого черта.

— ЕЩЁ скажи, что я тебя чуть не изнасиловал.

В словах Вадима неприкрытая издевка. Он тянется к волосам и ерошит их ещё сильнее. Я снова одновременно хочу его и ненавижу.

Сердце выскакивает из груди. Я перевожу взгляд с него на спальню.

Делаю шаг к нужную мне сторону.

— Марьян.

Вадим пытается перехватить мою руку, не пустить. Это делает ещё гаже. Я убеждаюсь в своей правоте и его сволочизме.

Обхожу, бросив на мужчину предупреждающий взгляд.

Замираю, положив пальцы на дверную ручку. Сейчас будет больно, но я ведь изначально пришла для этого.

— Марьян, я тебе не давал права хозяйничать.

Собравшись с силами и проигнорировав слова хозяина, я дергаю дверь на себя.

Ступаю внутрь и оглядываю комнату. Сердце откровенно болит. Я успела представить себе, как встречусь взглядом с другой.

Только этого не происходит.

На первый взгляд спальня кажется мне пустой, а потом…

Я слышу странные звуки. Вижу, как одеяло понемногу сползает на пол. Кто-то рычит и перебирает лапами.

Я приседаю, немного поворачиваю голову, заглядывая за кровать и вижу.

— Бобик... — выдыхаю, абсолютно ошарашенная.

— ЕГО зовут Марсель.

На уточнение Вадима просто киваю. Он меня догнал. Теперь стоит в двери и тоже смотрит.

Реагируя на голос хозяина, Марсель оставляет в покое одеяло и бежит к нам.

Понятия не имею, узнал ли меня, но смотрит с опаской и не приближается.

А мне сейчас невыносимо от мысли, что придется встать, посмотреть Вадиму в глаза, как-то объясняться.

— Ты забрал его у жены? — спрашиваю просто, чтобы не молчать.

— Да. Одна клиентка резонно спросила, если уж я не в состоянии решить свою проблему, то как собираюсь решать её? Как видишь, свою я уже решил.

— И она тебе так просто отдала.

— Я её не спрашивал, Марьяна. Марселю с ней плохо. Я не позволю мучить животное просто чтобы иметь рычаг давления на себя. Я много раз говорил, что о примирении не может быть и речи... Впрочем, тебе я тоже много чего и много раз говорил.

Закусываю щеку изнутри и жмурюсь.

Становится дико стыдно. Боже, ну вот почему я вечно попадаю с Вадимом в настолько неловкие ситуации?

Вытягиваю руку, подзываю пса к себе.

Он продолжает меня опасаться, но рискует.

Мои пальцы касаются мягкой шерсти, я веду по хрупкой головке.

— Я так понимаю, ты ожидала увидеть здесь не Марселя.

К моему огромному сожалению, Вадим не хочет дать мне возможность сделать вид, что ничего не произошло.