Развод с монстром

Он совершенно точно рванет на улицу, если я открою двери.

— Давай мы подождем, ведь Верес наверняка рассчитывает на наше с тобой благоразумие. А записки.… — и я огляделась. — … нет. Надо будет научить твоего хозяина их оставлять…

Санузел в доме был аскетичный и маленький. Но благодаря заботе Вереса, который поставил там маленький обогреватель, теплый. Я заглянула в небольшое зеркало над раковиной и улыбнулась своему отражению.

Как же было непривычно хорошо…

Здесь, вдалеке от моей жизни, в это верилось всей душой, и было легко дышать. И все тут казалось трогательным и наполненным смыслом — эта маленькая раковина с облупленными краями эмали, простой стаканчик с двумя зубными щетками и тюбиком ароматной пасты, бледно-жёлтая плитка и запах простого мыла… как в детстве. Наверное, в глубине души я осталась той маленькой девочкой из приюта, брошенной и потерянной. Когда меня с братом отдали в приют, даже такие минимальные удобства, как унылая ванная с бесцветным кафелем и мылом, казались мне благодатью. Вот и сейчас я словно в реабилитационном периоде.

Присмотревшись к конструкции зеркала, я потянула за его край и обнаружила за ним небольшой шкаф с парой полок. На одной валялось два блистера с таблетками. Пробежав взглядом по названиям, я нахмурилась. Нет, ничего такого в том, что Вересу нужна поддержка препаратов, не было. Но мне важно было знать, что он в этой поддержке нуждается. А он, похоже, не привык этим с кем-то делиться.

Тут в комнате радостно гавкнул Питер, и я поспешно закрыла шкафчик и вышла из ванной.

Верес встретил меня взглядом от печки-буржуйки. Он складывал дрова рядом с ней и разводил огонь.

— Не замерзла?

— Нет, — мотнула я головой, возвращаясь к дивану. — Ты плохо спал?

— Ты нашла таблетки?

— Да.

— Да.

Я кивнула и огляделась.

— Мне хочется о тебе позаботиться, но я понятия не имею, как управляться с этим чайником и кофеваркой.

— Ничего не поделать, — улыбнулся он устало. — Заботиться о тебе буду я. Залезай под одеяло. Сейчас печь растопится, и потеплеет.

— Ты не хочешь, чтобы я о тебе заботилась…

— Почему тебе нужно обо мне заботиться? — неподдельно интересовался он. — Думаешь, что должна мне?

— От части. Но не в этом дело. Ты мне небезразличен, и я хочу тебе помочь. — Я уселась на диван и принялась внимательно изучать его профиль. — Ты думаешь, что диагност — не самая идеальная для тебя пара, да?

— Я не могу так думать, — спокойно возразил он, но следом нахмурился, явно нервничая. — Оборотни, в смысле. Не могут. Потому что для нас это невозможно. Мне все равно, кто ты.

— Верес, что ты боишься мне сказать каждый раз? — осторожно спросила я.

Он повернул ко мне голову и застыл с напряженным взглядом, но будто смотрел сквозь меня.