Развод с монстром

— Образец крови…

— Здесь. — И он сунул мне пробирку.

К этому времени пациент уже порядком расцарапал себе грудину, и запах крови наполнил воздух палаты.

— Это — не его кровь! — прошипел я, едва поднеся нос к пробирке. — Снова проверки?! Вы в себе?!

— Не до проверок, если ты не заметил! — заорал Краморов. — Кровь — его! Брали час назад!

Я нахмурился и сунул нос в пробирку, потом повел им по воздуху.

— Готовьте его к диализу и переливанию крови. Мне нужно полчаса на создание антидота. Сейчас будет несложно рассчитать наркоз…

Оборотень к этому времени обмяк.

— Действуйте, — скомандовал Краморов, а я обернулся к двери, готовый броситься за своими вещами и в лабораторию.

И встретился взглядом с Надей, вжавшейся в стенку возле двери. Она дышала урывками, часто моргая и сжимаясь. Смотрела при этом на пациента, так и застрявшего посредине оборота, а это зрелище далеко не для новичков.

Я выругался, бросился к ней и сгреб ее за плечи, выталкивая из палаты.

— Надя, — позвал её Краморов, оказавшись рядом. — Ты как?

— Кто это? — тихо спросила она, переводя взгляд то на Краморова, то на пациента.

— Это — часть твоего повышения квалификации. Вышло быстрее, чем я планировал.

Надя прижалась ко мне, и я обнял ее, позволяя ей почувствовать опору, в которой она нуждалась.

— То есть, он и правда похож на собаку и пытался разодрать себе грудь когтями, и я не сошла с ума? — уточнила она дрожавшим голосом.

— Не сошла. Все так и есть, — хмурился Краморов. — Пошли со мной, все обсудим. Вересу нужно спасти бедолагу.

— Можно я с ним останусь? — судорожно вздохнула она.

— Нам лучше всё обсудить…"

"— Я в норме, правда. — Она нерешительно бросила взгляд за плечо Краморова. — У вас в секретном диагностическом отделе пациент с головой собаки и когтями. Вы говорите, что это нормально. Мне этого почти достаточно. Я хочу остаться с Вересом.

Краморов глянул на меня. Я медленно ему кивнул.

— Ладно. Тогда поговорим позже. Работайте.

30

Наверное, мою психику парализовало стадией отрицания. Или все это — шок? Но я совершенно спокойно позволила Бесовецкому взять меня за руку и увести в наш кабинет, а оттуда — проследовала за ним в лабораторию.

Он не говорил ни слова. Сосредоточенный, собранный, решительный, Верес подал мне халат, а сам перехватил рюкзак и направился к ближайшему столу.

— Садись рядом, чтобы я тебя видел, — неожиданно жестко приказал он.

— Я ничего…

— Просто садись, — оборвал он.

— Ты будешь готовить противоядие?

— Да.

— У Краморова уже были готовы токсикологические тесты?

— Нет.

— Опыт?

— Да.

Он действовал четко. Все у него было свое, и он просто расставлял необходимое перед собой так быстро, будто сдавал экзамен на время.

— У этого пациента мало времени… — констатировала я.

— Да.

— Кто он?

— Оборотень.