Развод с генералом драконов (СИ)

 — Это для вас, мазь!

Отмечаю про себя богатое зелёное платье из плотной дорогой парчи, расшитое золотыми нитями, смелое декольте, в котором покоится пышная грудь, покрытая мелкой россыпью веснушек, унизанные драгоценными перстнями пальцы, капризно поджатые губы и ярко-рыжие густые длинные волосы, волнами струящиеся по спине.

Да, огненная оспа не щадит никого. Ни бедных, ни богатых. В том, что женщина — супруга какой-то важной шишки сомнений не остаётся.

Броская, яркая красота, но глубокие круги морщинок на шее и бороздки на лбу выдают её далеко не юный возраст.

Незнакомка горделиво выпрямляет спину, надменно изгибает бровь, окидывает меня презрительным взглядом, задерживается на баночке с мазью у меня в руке:

— Сначала швыряете с целителем, который до сих пор нас не осмотрел! А теперь предлагаете возиться с этим? МНЕ?! Что за бардак тут у вас? Вы, вообще, знаете, КТО я?!

Девочка в кровати беззвучно плачет. Когда представляю, каково ей сейчас, всё внутри сжимается от сочувствия. Я много ухаживала за страдающими от огненной оспы и знаю, что боль в язвах пронимает до самых костей.

Женщина явно на нервах, но вступать в конфликт с кем бы то ни было — это последнее, что мне сейчас нужно. Терпеливо поясняю:

— Миледи, это мазь из красной лаванды, нанесите её на язвы, и она сразу облегчит боль. Самое лучшее средство от огненной оспы, думаю, за ней вы сюда и ехали, не так ли? Так зачем сейчас медлить?

— Смеешь мне указывать? — женщина вскакивает на ноги, расставляет локти в стороны, а кулаки упирает в бока, её голос срывается на визгливый фальцет. — Да кто ты такая?

— Маам? — с кровати раздаётся слабое хныканье.

Выходит, я не ошиблась, это и вправду мать и дочка. Впрочем, это и неудивительно, внешнее сходство слишком очевидно. Закусываю щёку изнутри, вспомнив о Вики. Малышка явно уже ждёт меня, волнуется, наверное, что меня всё нет и нет. Вдруг, решит, что я ушла без неё? Надо бы поспешить.

— Не смею, — склоняю голову, кладу баночку с мазью на краешек кровати. — Я лишь послушница, конечно, вы можете продолжать ждать целителя. Благого вам дня, миледи.

Разворачиваюсь, чтобы уйти.

— Маам, мне больно! — хныканье становится громче.

— Постой! — раздаётся мне в спину, после чего следует захват.

Закатываю глаза. Если так и дальше продолжится, у меня от чужих хватаний вся рука будет в синяках. Женщина крепко держит меня за запястье. Приходится обернуться.

— Я была резка и прошу меня простить, — произносит она будто бы через силу. — Я Джина, а это Дороти, моё единственное и горячо любимое дитя. Я не переживу, если с ней что-то случится. Когда ещё притащится этот проклятый целитель, кто его знает? Вижу, ты разбираешься в хвори. Как именно наносить эту мазь? Покажи.

— Маам, болииит! — Дороти лупит кулаками по кровати.