Развод с драконом. (не)желанная истинная (СИ)

Зверь внутри уже достаточно настрадался от мерзкой и липкой ванили. Экипаж домчал меня до особняка Элизабет за полчаса.

Распахнул ворота настежь, проигнорировав и калитку сбоку, и предупреждающее гудение охранной магии. Молнии мгновенно прошили тело: тысячи раскалённых игл буквально вонзились под кожу.

Хорошая охранка, ни одна мышь не проскочит. Ни одна Истинная не сбежит.

Сплюнул и зашипел сквозь стиснутые зубы, но не остановился. Пересёк подъездную дорожку широкими шагами, и лишь потом увидел на крыльце застывшую фигуру.

Мариэлла Бишоп. Стояла и ждала, будто знала, что я приду. Глаза смотрели прямо, вызывающе.

Обслуга матери. Нищая аристократка, а смотрит как равная. Как будто имеет на это право.

— Я к Элизабет, — процедил, не замедляя шага. — Идите спать и не мешайте.

Старуха не сдвинулась с места, будто вросла в мрамор крыльца. А голос прозвучал так холодно, что даже меня на секунду пробрало:

— Элизабет больше нет.

Глава 14

С моих губ сорвался каркающий смех — сухой и недоверчивый. Глаза прищурились, оценивая старуху с ног до головы.

Вздор! Элизабет не могла…

— Невозможно, — выплюнул я со злостью, скривив губы. — Что за бред вы несёте?

Бишоп горько усмехнулась, а её лицо застыло, разом лишившись всех эмоций. Вот так за мгновение превратилось в каменную маску, и только глаза блестели двумя ледяными осколками. Старуха выпрямилась, будто проглотила стальной прут, и посмотрела на меня сверху вниз, хотя сама была на голову ниже.

Наглая, зарвавшаяся служанка, которой стоит преподать урок.

— Настало время, Ваша Светлость, — произнесла она с таким убийственным спокойствием, что воздух между нами расцвёл морозными узорами, — когда боги решили щёлкнуть драконов по носу и сбить с вас спесь. Лишившись метки, Элизабет вернулась в свой мир. Девочка получит второй шанс на счастье. Забудет вас, словно не было этих пяти лет, пропитанных демоновой Истинной магией. И больше вы её, герцог Грей, никогда не увидите.

Кровь в венах мгновенно вспыхнула и закипела. Пульс застучал в висках, как молот о наковальню. Зверь, потревоженный моим гневом, принялся скрестить и пытаться выбраться наружу, а когти заскребли по внутренностям, сбивая с мысли и затуманивая рассудок.

— Замолчи! — прорычал я, но не был уверен, к кому обращаюсь — к себе, старухе или к зверю.

Этого не может быть.

Элизабет должна быть здесь. Жить тихой, неприметной жизнью и ждать, что возможно, когда-нибудь я передумаю.

Охваченный звериной яростью, я шагнул прямо на старуху, сократив расстояние до неприличного. Теперь нас разделяла лишь толщина вдоха. Жар волнами исходил от тела, а глаза налились драконьим пламенем, готовый спалить дотла весь этот чёртов город!

— Что ты несёшь? — процедил сквозь зубы, едва сдерживая оборот. — Это. Невозможно.