Развод с чемпионом (СИ)

– Не мой? – усмехнулся он, а тон его приобрел оттенки елейности. – Тогда согласна будешь сделать текст на отцовство и подтвердить врачебным заключением свои слова в прямом эфире?

Это уже невозможно было терпеть. Из меня будто разом высосали все силы. Даже на злость не осталось. Демьян решил загнать меня в ловушку.

Я опустила голову, стараясь собраться с мыслями. Мне просто хотелось поскорее уехать отсюда. Я чувствовала, как предательские слезы наворачиваются на глаза, но изо всех сил старалась их сдержать. Не могла показать ему свою слабость. Не сейчас, когда он в очередной раз показывал свое истинное, гнилое нутро.

– Это ничего не меняет, слышишь? Ни-че-го! Ты никто для нас. И для него в первую очередь, – собрав всю волю в кулак, посмотрела на бывшего через стекло, больше не собираясь терять времени.

Демьян на мгновение замолк, отпустив ручку двери и как-то поменявшись в лице, словно он вспомнил что-то важное. Но я не дала ему времени собраться с мыслями.

В топку! Хватит этот терпеть.

Наплевав на то, что Демьян стоял слишком рядом с машиной и мог пострадать, с силой нажала на газ. Бывший только и успел отскочить в сторону, прежде чем автомобиль сорвался с места.

Сжимала руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. По щекам текли слезы. Мне хотелось кричать от злости и отчаяния. Почему Демьян вернулся именно сейчас, когда у нас только-только все наладилось? Почему не вспоминал раньше? Почему, мать вашу, ему так важно было в очередной раз нагадить мне в душу и разбередить старые раны?

Репортеров он позвал… Да хоть царя Соломона. Я не собираюсь подпускать его ни к сыну, ни к дочери. И без того слишком долго шла к спокойствию, к ощущению стабильности и безопасности, которыми окружала детей.

Именно поэтому я должна быть сильной. Ради Артура и Маши. Ради нашей семьи.

Глава 24

Демьян

Я стиснул зубы, сжимая руль так сильно, что костяшки побелели. Эта тупая курица просто закрылась в своей машине и проигнорировала все мои вопросы о нашем сыне. Она даже не потрудилась объясниться! Ярость кипела во мне, отравляя разум. Я жаждал мести, жаждал уничтожить ее за то, что она сделала.

На следующий день приехал к ледовому дворцу, намереваясь довести свой план до конца. Но когда увидел, что к моей машине спешит какая-то сопливая малолетка, в которой я с трудом, но узнал свою повзрослевшую дочь Машу, скривился. Меньше всего мне сейчас хотелось с ней видеться и говорить. Не в том я был расположении духа."

"Она уже не была тем маленьким ребенком, каким я помнил ее. Теперь передо мной стояла неприятная подростковая версия этой некогда жизнерадостной девочки.

– Пап… – обратилась ко мне без приветствия, – как ты мог бросить меня? – взирая на меня с обвинением в глазах, вопросила она.