Развод. Предатели

Не в состоянии подобрать более хлесткого ответа, она взяла и вывалила самый главный, убийственный аргумент:

— Вот мама бы все отменила!

Вероника вскинула брови в мимолетном удивлении, потом ласково и в тоже время прохладно улыбнулась:

— Ну какая ж я тебе мама, Мариночка? По-моему, ты что-то спутала.

Марина чуть не задохнулась от возмущения, а Вероника спокойно продолжила:

— Кажется, у нас с тобой возникло недопонимание. Поэтому давай-ка проговорим один момент. Я новая жена твоего отца. Только и всего. И функции у меня соответствующие. Если тебе нужна мамочка – надо было оставаться с мамочкой.

Ланская поверить не могла своим собственным ушам и никак не могла найти нужных слов. Только рот открывала и закрывала, как бестолковая маленькая рыбка, которую выбросило на берег.

— Надеюсь, с этим разобрались? — спросила Ника, не сводя с нее прямого словно шпала взгляда, — тогда поехали дальше. Приятельские отношения, которые сложились между нами не подразумевают самоотречения, жертвенности и прочих великих материй.

— Приятельские отношения? — сипло переспросила Марина.

— Да. Приятельские. И в наших же интересах их поддерживать, если мы хотим и дальше тихо-мирно сосуществовать под одной крышей. Тут я думаю, тоже вопросов быть не должно?

Маринины щеки пылали от гнева и обиды. Подумать только, ее снова отчитывали! Причем так холодно и отстраненно, как никогда не делала мать. Без лишних эмоций, не боясь ранить или причинить неудобство.

— Раз мы подружки, ты тем более должна была…

— Стоп! — мачеха вскинула ухоженную руку, — Ты всем подружкам выкатываешь претензии, если они не бегут в ту сторону, куда ты указала?

— Вот и закрываем тему. Мне больше не интересно слушать детский лепет.

Марина и правда почувствовала себя маленькой. И вдруг отчаянно хотелось упасть на пол и колотить по нему кулаками, выплескивая злость и обиду. А еще больше хотелось нажаловаться! Пойти к отцу и рассказать ему, как его дорогая новая жена не только бросила ее на спектакле, но и потом посмела делать замечания!

Пусть знает! Пусть разбирается!

— Если тебе хочется получить мое мнение по поводу твоего выступления, — как ни в чем не бывало продолжала Вероника, — можешь прислать мне запись. Я посмотрю ее, когда появится время.

— Спасибо, обойдусь! — чопорно ответила Марина, но ее тон на мачеху не произвел ровным счетом никакого впечатления.

Она только плечами пожала:

— Как хочешь, — и снова уткнулась в телефон. Всем своим видам показывая, что разговор ей больше не интересен.

Марине не оставалось ничего иного, кроме как уйти. Только снова оказавшись в своей комнате она вспомнила, что так и не сделал себе кофе.

Настроение было отвратным, но стоило придти в школу, и оно скатилось еще ниже.