Развод. После…

Опрокинула в себя первый бокал до дна, а, оказывается, нужно было его как-то во рту погонять, на языке на составляющие расщепить.

Макс злился, а я ругалась. Вечер был испорчен.

Выпиваю свой бокал и с шумом ставлю на стол, пугая подруг такой резкостью.

– У вас с Оскаром все в порядке? – обеспокоенно спрашивает Аня."

"Подруги переглядываются между собой. Мое поведение странное, согласна. Оно не свойственно мне. Потому что я либо радуюсь и веселюсь, либо взрываюсь, как петарда и крушу все вокруг. У меня только две стадии.

А сейчас я тихо злюсь и молчу.

И боюсь.

– Все прекрасно.

Наверное.

– Вот и хорошо. А на провокации Кречетова больше не ведись.

В двух словах я рассказала о встрече с бывшим мужем и последующем разговоре в ресторане. Без деталей. Для Аньки с Яной сказала, что Макс попросил о встрече, на которую я согласилась. Кречетов в очередной раз извращенно поиздевался там надо мной и морально уничтожил.

– Не буду.

Зря надела тесное платье, ведь оно сейчас перекрывает поток воздуха к легким. Сидеть становится сложно, хочется выпрямиться, а я будто в крошечной клетке с толстыми прочными прутьями.

– Давай, ты песню выбирай. После того столика наш выход.

Беру в руки планшет и бездумно скроллю бегунком вниз. Перед глазами буквы расплываются в череду бессмысленных названий.

Все вокруг подпевают классной песне. Кто-то танцует, кто-то постоянно проходит рядом туда и обратно. Помещение кажется неимоверно маленьким для такого количества людей.

– Вот эту, – тыкаю пальцем в небо. Я ведь и не прочитала ни названия, ни исполнителя. Все равно…

– Ты уверена? Ничего не хочешь еще поискать?

– Уверена.

Выдавливаю скудную улыбку, мышцы лица сводит от этой наигранности.

Чувствую себя куклой, которая при нажатии кнопки должна что-то произносить.

В бокале пусто, я подзываю официанта и прошу повторить заказ. Все это время между нами повисает тишина.

Опять эта гребаная тишина, которая душит. Иногда мне начинает казаться, что я оглохла. Либо мне силой прикрыли уши, только гул сердца бьет по венам и этот странный шум я и слышу.

Нам передают два микрофона одновременно со свежим бокалом игристого.

Первые ноты, и  меня уносит в прошлое по щелчку.

С жадностью хватаю бокал, делаю несколько глотков, пока язык и горло жжет противный алкоголь. В глазах стоят слезы.

– Я тебя спрашивала, уверена ли ты, – оправдывается Яна.

– Ты не видела, что выбираешь? – с некой претензией спрашивает Аня.

Уставилась на подруг, не нахожу в себе силы взять микрофон и спеть. А я ведь люблю петь. Мы же часто ходили с подругами в караоке.

В горле необъятный ком, который разрывает стенки гортани и вырывает язык. Тело сковало липкое ощущение, что надо мной сверху точно кто-то издевается. Или кто-то специально меня испытывает на прочность.