Развод по-королевски (СИ)

Их дочери несли в себе те или иные дары десятков поколений, а им предпочли серую мышку без рода и племени, которая, к тому же, в силу своего происхождения не понимала многих вещей, тем самым всячески подрывая авторитет короля. О её выходке с укороченным бальным платьем, осквернившим древние устои, до сих пор судачат на чаепитиях. Никто не посчитал ту девицу прогрессивной, скорее она стала примером вульгарности, спровоцировавшим раскол между королём и знатью.

Таких примеров всегда хватало, а раз мне положено было знать о подобном, то в понимании Лиама я не смогла бы осудить его. Идеальнее причины оправдывающей его предательство просто не найти.

Интересно, чувство долга перед страной перевесило бы мою брезгливость, если бы я не была так близка с мужем изначально? Будь он моим скорее компаньоном по правлению, нежели любимым мужчиной, смогла бы я проглотить оскорбление и последовать его плану? Думаю, скорее всего… да. И для этого имелось достаточно причин.

Для начала только с титулом королевы я могла влиять на жизнь обычных людей. Взять, к примеру, тот самый приём по возвращению с которого я застала мужа с другой — там мы с женами самых богатых лордов столицы присутствовали не ради хвастовства новыми нарядами. Хотя куда без этого. Но даже так, в тот день на повестке были важные обсуждения о новых лечебницах, домах для беспризорников и помощи пожилым людям, оставшимся без опеки родных. Именно для этих целей на таких вечерах и я, и дамы, входящие в неофициальный совет помощи нуждающимся, собирали деньги. По большей части они шли от продаж выставленных нами же предметов роскоши, но иногда заезжие лорды и леди оставляли в нашем фонде приличные суммы просто так. После чего мы следили, чтобы каждая медная монета пошла на благое дело."

"Пусть не все из моего уже бывшего окружения понимали важность крепкой основы государства, берущей своё начало именно с простых жителей, но главное, что это было известно мне. А раз сама королева ратует за добрые дела, то негоже её приближенным отсиживаться в стороне. Правда мне понадобилось почти шесть лет, чтобы благотворительность стали ассоциировать с новым видом престижа (по другому знать оказалась не готова безвозмездно расставаться с золотом), однако оно того стоило. Если раньше многие фыркали и называли подобное глупыми растратами или блажью ханжей, то теперь в Илруне такой подход стал своего рода показателем достатка. У кого больше всего “лишнего золота”, тот не станет цепляться за серебро для бедняков.

Так что настоящая королева не будет держаться за обиды, тем более ради общего блага. Более того, если именно с титулом я лучше всего могла позаботиться о доме Аджарди — корона на моей голове дополнительно обезопасила бы моего брата.