Развод по-драконьи

Пятеро из них были не лишены совести и предложили проводить меня на завтрак, а еще у двоих обнаружились недурные манеры.

«Окружают, — страдальческим голосом простонала улитка. — Не ходи с ними, ни за что не ходи».

«Ну почему же? — удивилась я. — Пусть проводят, принесут кашу и отодвинут стул. Зачем еще нужны мужчины?»

Ходить со свитой я привыкла с семи лет, поэтому беспокойства дракониры мне не доставляли. Не будут же они выдирать мою улиточку прямо из волос, а раз не будут, пусть себе ходят. Из свиты я автоматически выделила драдера Мильта из семьи потомственных адвокатов и драконира из побочной ветви клана Рах. Обоих я сочла возможным пригласить за свой стол.

Конечно, столовая была запущенная, каша несладкая, а из напитков только компот, разведенный водой, но зато у нас подобралась неплохая компания.

— У меня семья разорилась, отец сразу бросился со скалы в реку Дарах, а матери броситься не дали сестры. Две сестры-бесприданницы. Девчонок надо было содержать, учить, замуж выдавать, а мне дали две тысячи золотых, как плату за жизнь.

Мильт уплетал кашу и умудрялся при этом беспрестанно болтать. Сероглазый, весь в мелких белых кудрях, но взгляд внимательный, боевая стойка на зависть многим драконирам.

— Что значит плата за жизнь?

— Мне деньги сразу были нужны, ну я и продался в Ленхард с потрохами. А то бы со скалы пришлось бросаться всей семьей.

— Это противозаконно! — искренне ужаснулась я. — Две тысячи золотых — это плата за три года службы, а не за жизнь.

Мильт задумчиво отодвинул тарелку и улыбнулся.

— Они не знали, что я так долго проживу, вейра Эль, я же драдер. А в наземных войсках живут от года до трех, мало кто выживает дольше.

— Он везунчик, — с прохладцей кивнул Кантош Рах, — А я нет.

С утверждением Кантоша я вынуждено согласилась. Он действительно не был везунчиком.

Мы никогда не встречались в высшем свете, но история анта, которого на тренировке выделил Рейнхард Винзо, еще долго передавалась из уст в уста при дворе.

Молодой Кантош был драгоценностью дома Рах, но, к сожалению, серебряной драгоценностью. Рожденный с немыслимым талантом, пробудивший дракона в двадцать лет, он был лишь сыном второй наяры — пусть законной, но наложницы, а не жены. У старого Раха были трое сыновей от супруги из гордого рода Виршан, и все трое бракованные, о чем не стесняясь судачили на каждом углу Империи.

Старший проиграл в карты материнский замок, средний убил любовницу и был осужден в Кругу Истины, а третий был настолько непримечателен, что, как обмолвился сам глава Рах, лучше бы он тоже убил любовницу.

Старый Рах не зря держал свой род стальной дланью, старый Рах знал цену крови и выделял Кантоша.