Развод Пиковой Дамы

Вроде интересный, но нет… я сюда не на мужчин охотиться приехала, а отдыхать, залечить душевную травму. Хотя… Может я и правда отмороженная, но с каждой минутой пребывания на воде боль в груди становилась все слабее, хотя сучка–память с готовностью подкидывала яркие моменты измены мужа. Как выкинуть это из головы? Как не думать? За шесть лет с Глебом я не нажила ни котенка, ни ребенка. На первого у мужа была аллергия, а созданием второго мы должны были заняться в этом году. С одной стороны грустно, но с другой — уйду налегке.

— Спасибо. Вы правы.

Медленно перевернувшись на живот, я поудобнее устроила голову на сложенных руках и снова отключилась. Первым делом — релакс, а мужики подождут. Кажется, телу и душе не хватало именно этого: уединения, полного расслабления, звуков природы и ощущения безопасности, поэтому разорванная в хлам психика горстями поглощала исцеляющий сон, напитываясь им про запас. Беда осталась там, в далекой Москве, а здесь рождалась новая я.

Очередное пробуждение было все тем же: мужской голос, прохладная вода на коже.

— Ммм… Как хорошо, — мурлыкнула, чувствуя, как горячие шершавые пальцы рисуют на моей спине странные узоры, но затем открыла глаза. Что⁈

В этот раз лодка со спасателем приблизилась к сапу вплотную. Не скрывая улыбки, наглец спокойно отстранился.

— Еще немного и на вашей спине можно будет жарить яичницу, — заявил он.

— Да хоть шашлык, мне не жалко, — огрызнулась, но тут же вспомнила, что на завтра у меня заказан массаж. Спасатель прав: на сегодня солнечных ванн достаточно.

И чего он на меня так нагло пялится? Кожа между лопатками горела, казалось, он облизывал мою спину взглядом, но я изо всех сил старалась сделать вид, что не замечаю навязчивого внимания. Подогнав сап к берегу, аккуратно соскользнула с доски в воду, стараясь не сорваться, и едва не взвизгнула: прохладная вода при контакте к разогретой солнцем кожей казалась ледяной.

— Тссс… — прошипела сквозь стиснутые зубы и поспешила на берег.

— Все в порядке, красавица?

Ох, какой голос! Обволакивающий, тягучий, искрящийся, пробирающийся под кожу. Чистый мед. Вкусный! Его бы в тарталетки раскладывать вместо черной икры, как афродизиак, как изысканный десерт.

Воображение живо подкинуло картинку: Ромео стоит под балконом Джульетты и поет ей серенаду бархатным баритоном. Да от такого без парашюта и лестницы можно вниз сорваться, потеряв голову! Тихо хихикнув, я с трудом вернулась в реальность.

— Все в порядке, спасибо.

На самом деле не все было в порядке: я с сомнением поглядывала на сап, наполовину извлеченный из воды. Нет, я, конечно, могу его дотащить до домика, нужно лишь приноровиться…

— Красавица, вы отдыхайте и за доску не беспокойтесь, — лениво заметил спасатель, поправив кепку. — Я верну ее на место.