Развод Пиковой Дамы

Сам говорил — на работе важный контракт…

Я говорила, а у самой перед глазами стоял кадр «подписания» контракта: ее пальцы в его руке. Больно… Сердце щемило, слезы поднимались из глубины, но нельзя выпускать их на волю, раскрывать свое состояние. Держаться! Соберись, тряпка!

— Спать пора, сегодня был тяжелый день.

Отыгрывая версию простуды до конца, я на глазах у мужа демонстративно достала аптечку, нашла упаковку шипучих таблеток, кинула в стакан с водой и направилась в спальню, прихватив к тому же блистер спазмолитика: головная боль была на подходе.

— Подожди, Инга, — Глеб возник на пути. Его пальцы коснулись моего лба, темные глаза смотрели встревоженно. Такой привычный, домашний. Мой. Почти. — Температуры вроде нет, но выглядишь не очень… Может лучше сразу врача вызовем? Зачем ждать?

Каждое прикосновение — ожог. Его слова вызывали дрожь, которая умудрялась пробиться наружу, а забота казалась насквозь фальшивой. Мой контроль был слишком слаб, поэтому я резко отстранилась от мужа.

— Тебя трясет, Инга. Так нельзя. Я звоню в скорую.

Он потянулся за телефоном, но я его опередила: схватила гаджет и бросила за диванную подушку, не обращая внимания на изумленный взгляд мужа.

— Не нужен мне врач, я просто устала. Выпью лекарство, высплюсь и все будет нормально. Не надо устраивать панику на ровном месте.

— Как скажешь… Тебе виднее.

В мужском голосе явственно звенела обида на то, что его заботой пренебрегли, не оценили, да просто отвергли.

Это была не ночь, а сплошная му́ка: легкая дрема не принесла отдыха и расслабления. Каждые двадцать минут я открывала глаза и смотрела на часы. Каждые, с*ка, двадцать минут! Как будто внутри меня стоял скрытый таймер без кнопки «выкл»!

В шесть утра не выдержала и тихо вышла из спальни, прикрыв за собой дверь. Как говорится, не наевшись — не налижешься. Раз не удалось отдохнуть за ночь, то час не имеет значения. Глеб еще спал, уютный, домашний, знакомый до самой мелкой морщинки. Мой ли? Вот в чем вопрос…

Традиционные утренние сборы были отработаны до автоматизма. Я могла одеться и накраситься с закрытыми глазами, поэтому выскользнула из квартиры, не потревожив мужа, прихватила ключи от возвращенной из ремонта Сузуки и оставила на кухонном столе записку.

«На работе аврал, Дигон попросила приехать пораньше. Не хотела тебя будить, ушла тихо. Спасибо за машину. Целую.» Над последним словом долго думала, но все–таки решила написать: прежняя Инга непременно поцеловала бы мужа за его заботу и внимание.

По дороге в офис я заехала в кофейню, позавтракала, прикидывая дальнейший план действий. Правильно говорят: многие знания умножают печали.