Развод. Я календарь переверну

И все они сейчас сгибаются от боли, корчатся в муках, смотрят так обиженно, недоуменно, словно говоря — что я такого, сделал, за что ты меня?

За то! За то самое!

Любишь кататься? Люби и по яйцам получать.

Ух.

Как будто номер в цирке реально отработала. Устала.

А Герман тоже, хорош, козлина. Стоит и улыбается. Хоть бы поморщился для приличия. Свои «Фаберже» бы прикрыл, от греха.

Смотрю на него и как будто мысли читаю.

«Молодец, Аделаида. Горячая штучка. Только вот... иметь такого врага я бы никому не пожелал. Вообще, иметь её надо в другом смысле, и я всё-таки надеюсь, что у меня получится».

Ах-ах, про «иметь» - это я, конечно, сильно. Хотя уверена, об этом Герман Львович Крестовский тоже думает. Как бы меня поиметь. Новую миллионершу.

- Ада...ты... с-сука...- хрипит мой благоНЕверный.

Неужели? У Макара прорезался голосок?

- Ты сомневался, Игнатов? Мне казалось, ты давно в курсе. Так что, господин адвокат, вы ознакомили моего будущего бывшего мужа с нашими условиями?

- Разумеется. Бумаги у него. Он даже прочитал.

- Сам прочитал? Как это мило. Не разучился, значит.

- Ада..

- Надеюсь, мой адвокат тебе всё объяснил, Макар? Лучше не упорствуй и подпиши сразу, соглашайся на эти условия, дальше будет хуже.

- Хуже будет тебе, Ада... - сипло рычит супружник, - Всё это липа, никаких прав на эту недвижимость, на компанию и активы у тебя нет.

- Да что ты говоришь? Ну, ладно, тогда увидимся в суде, любимый. Герман?

- Аделаида, пообедаем вместе?

- Простите, уже приглашена.

Почти чувствую, как Крестовский скрипит зубами. Подозревает кем приглашена?

Да, да, именно.

- Пойду, не хочется опоздать, всё-таки в «мишленовский» ресторан не так часто доводиться попасть, да еще и самим владельцем.

Теперь оба мужика смотрят на меня почти с ненавистью.

Что ж, братцы-кролики, вот такая я, вся внезапная и противоречивая*.

Хочу - танцую танго, хочу — гуляю, хочу — с подружкой кофе пью, хочу — дома сижу, хочу - в ресторан иду с приятным во всех отношениях мужчиной.

- Аделаида, я попросил бы задержаться, есть еще пара моментов...

- Герман Львович, понимаю, но увы, не могу. Давайте завтра? Это можно перенести?

- Лучше не переносить. Я мог бы заехать вечером.

- Вечером у меня милонга, извините.

- До милонги? После?

- До я занята, встреча в женском клубе, после будет поздновато. Завтра, мой дорогой, всё завтра.

Выхожу из кабинета, и как будто слышу, что они говорят.

«- Нет, видел, какая... звезда?

- А я тебя предупреждал, не связывайся, был бы ты моим адвокатом...»

Вряд ли, конечно, они обмениваются такими репликами, хотя…

С моего бывшего станется. А Герман...

Герман, конечно, уязвлён, он меня бомбардирует сообщениями, больше недели уже пытается вытащить на свидание.

Его брат, кстати, тоже. Удивлён, что я отказываю.

Извините, мальчики.

Появился более серьёзный игрок.

Дворжецкий.