Развод. Отпускаю тебя

На свидание меня приглашать не надо, мужчину никакого возраста, ранга и благосостояния я не ищу. Поэтому собаке - плюс, ее хозяину, забыла, как его зовут - ноль.

Неужели я еще кому-то могу быть интересной. Я, конечно, слышала, что и женщины сильно старше меня обретают вторую молодость, но чую, это не мой вариант. Я теперь буду еще долго восстанавливать свою самооценку, и никакой любви мне не надо.

- Да бросьте вы. Хороший же мужик! Андрей его зовут. И главный ваш ребенок - Акела его любит, идет к нему без проблем, значит, хороший человек. И то, что Жужу эту лохматую наша лошадиная еще не съела, тоже хороший показатель.

- Вероника, вот и бери. Ты у нас без мужняя. А я уже свое дело в жизни сделала. И замуж сходила и развелась."

"- Не, геронтология, не моя любимая наука. Мне бы его, но на двадцать лет раньше. А так, что им делать? А вот вы, правда, хорошая пара. Я тут оставлю?

Какая-то тварь меня подрезает, машину ведет, быстро ухожу от столкновения. Как люди садятся за руль, если не умеют водить и не ценят жизнь.

Сначала высаживаю Веронику у кафе, сама еду домой. Столько было планов, но сил уже не на что нет. Каждая встреча теперь с бывшим мужем забирает все силы. Нужно переставать ему быть нянькой.

Останавливаюсь у нового дома. Акела лежит на заднем сидении, положив голову на лапы. Отказывается выходить. Что ж вы все характерные такие!

- Не хочешь выходить, ну и сиди, - сама выхожу на улицу. У подъезда сидят бабулечки - божьи одуванчики, очень приятные с виду. Вот они будут моими новыми подружками, пока я не пойму, куда двигаться надо.

- Добрый день, - мило здороваюсь.

- Добрый, - отвечает, видимо, самая бойкая. - А вы не жена нашего Быстрова? А то уж больно похожа.

Вытаскивает из кармана местный еженедельник. Старый. Тот, в котором мы ко дню семьи снимались.

Новая знакомая смотрит на меня, потом на серый снимок. Снова на меня, потом длинным аккуратно подпиленным ногтем обводит мое лицо в газете.

- Вы же?

- Я, - какой смысл уже юлить, если и так все факты налицо. - Да, глупо получается. Сначала семейные ценности продвигаем, а потом живем порознь. Я теперь временно ваша соседка.

- Загулял? С любовницей застукала? Слухи-то по городу такие ходят,- три пары заинтересованных глаз смотрят прямо в душу. Да какого черта я буду его выгораживать.

- Да, служебный роман у него. Спасибо, за интерес к моей жизни, - беру Алеку за ошейник.

- В кино показывают, что такие, как твой, жен всегда без копейки выгоняют. Я в тридцать седьмой живу. Кошкам своим шеи куриные покупаю, вдруг псину кормить будет тяжело, приходит, тебе от брикетика отрежу кусочек. Она ж, наверное, ведро поедает.

Акела обиженно поднимает на меня морду. Ну вот, сначала лошадиной все называют, теперь в обжорстве обвинили. Треплю ее за ухом, сама подпихиваю бедром, чтобы скорее проходила.