Развод. Ну и сволочь же ты! (СИ)

Всегда хорошо работала, многим помогала. Стоит еще наведаться в академию и взять характеристику с места учебы. Оценки у меня отличные и с преподавателями сложились хорошие отношения.

Нельзя отчаиваться, я должна верить, что в конечном итоге справедливость восторжествует.

Всю ночь я ворочалась на неудобном жестком полу. Обхватила себя руками, желая унять дрожь.

Решено. С утра я пойду в суд, напишу заявление на то, чтобы Арману запретили приближаться ко мне. Расскажу, что он игрок и промотал драгоценности. Потом пойду в полицию и напишу  жалобу о клевете.

Так и сделаю. Я не буду отчаиваться. Я должна быть сильной.

Но одна мысль заставляла скулить от безнадеги.

Будет ли полицейское расследование честным и непредвзятым?

Утром я была полностью разбита, бессонная ночь давала о себе знать. Я тихонько встала и сразу пошла в ванную комнату. Огромные темные круги залегли под глазами. У меня было опухшее лицо и бесконечно усталый взгляд.

Но медлить я себе позволить не могла. Дел на сегодня было очень много. План, который я наметила ночью, стоило уже начинать претворять в жизнь.

Когда я вышла, Эли уже бегала между столом и холодильником.  На столешнице стояла чашка с крепким кофе.

— Итак, подруга. Куда мы сейчас? — Эли поставила руки в боки.

— Мы?

— А ты думала, я оставлю тебя разбираться с этими зажравшимися аристократами? Вот еще!  Идем вместе. Я тоже напишу заявление. Только соберу подписи у соседей, что Арман тут выносил мне дверь. Нужно показать, что он не так уж и безгрешен, а где есть место темному пятнышку на его репутации, там и дело до откровенной грязи не за горами! — Подруга ребром ладони разрубила воздух и вскинула подбородок.

— Ох, Эли. — Я чуть не заплакала. Но она оказалась рядом со мной, схватила за плечи и встрянула.

— Ну же. Убрала слезы. Никто не должен их видеть. А то растерзают как стервятники.

— Да-да, —закивала я головой."

"— Иди ешь. Я быстро по соседям пробегусь. — Она помахала перед моим носом бумагой. Да, подруга уже подготовилась и выскочила прямо в халате на лестничную клетку.

Аппетита не было. Но я заставила себя проглотить бутерброд. Положила в кофе шесть ложек сахара и выпила это залпом. Немного стало легче.

Не знаю как, но полчаса спустя подруга вернулась довольная. И снова помахала листком перед моим носом.

Уже через десять минут мы ехали в суд. На часах было восемь утра. Мы зашли в здание суда ровно с открытием дверей. Подошли к девушке администратору. Та повела себя как-то странно, после того как узнала мое имя.

А потом она провела нас в кабинет свободного судьи, занимающегося семейными делами.

— Странно все. Чую я, тут проблемы, — произнесла Эли.

— Выбора нет. Нужно идти.

Но когда мы открыли дверь, то так и замерли.