Развод. Не бывшие (СИ)

— Я не хочу тебя отпускать.

— А я не буду с тобой больше. Представить не могу, что мы снова будем вместе.

— Не можешь, значит?

— Не могу. Всегда буду представлять тебя с другими женщинами. Вспоминать то фото с Кариной, вашу страсть. И Анна еще обязательно всплывет.

— Между мной и Анной ничего нет.

— Что ж, очень жаль. Она внимательная, заботливая и всегда тебя любила. Идеальная кандидатка на роль новой жены.

— Я не хочу новую, я хочу старую. То есть… ты не старая, конечно, просто… Мне не нужна новая жена.

— А мне не нужен ты, Динар. Неужели ты не понимаешь?

— Не понимаю что?

— Я не смогу простить тебе измену. Пыталась. Все время, что меня не было, я ходила к психологу, я разговаривала с ней, а в свободное время посещала форумы. Я знаю, что многие женщины живут с мужьями после измены, некоторые — просто закрывают глаза. Но это уже не отношения. Это уже не любовь, понимаешь? Не отношения и не брак. Ты поцеловал меня, а мне… мне противно, понимаешь?

Сначала мне очень хотелось этого поцелуя. До покалывания в кончиках пальцев я жаждала прикоснуться к Динару, потрогать его колючую щетину, провести носом по щеке и вдохнуть такой родной запах. Ощутить его вкус на своих губах. Воскресить в памяти давно забытый поцелуй, но ничего, кроме отвращения, не почувствовала. Никакого спазма внизу живота, как это обычно бывало, никаких покалывающих мурашек по телу. Ничего. Ничего, кроме отвращения.

— Противно? — гремит недовольно. — То есть я из кожи вон лезу, чтобы все вернуть, а тебе противно?

— А ты не лезь, я не просила.

— Я хочу свою семью назад, Ясмин. Тебя и детей. В дом, где мы жили. Я хочу все вернуть, и я делаю все, чтобы это вернуть.

— Мужья, сворачивающие налево, редко пользуются тормозами, Динар.

Вижу, как лицо мужа удивленно вытягивается, он округляет глаза, поджимает губы, возможно, чтобы не наговорить мне лишнего. Я же… я понимаю, что так и есть. После того, как я уехала, Динар не ушел с головой в работу, не зациклился на достижении своих целей, он словно застопорился в обиде на меня, и поэтому обо мне так часто писали в сети. Поэтому он окружал себя женщинами. Ему это нравится и продолжает нравиться. Выставить меня виновной, а теперь вернуть.

— Что мы скажем, если я к тебе вернусь, Динар?

— В каком смысле?

— Я читала все те статьи, видела, что обо мне писали. Что мы скажем, если вдруг отменим судебный процесс и сойдемся? Ведь о нас снова будут писать, верно?

— Будут, — соглашается, но варианты развития событий представлять не спешит, думает, и я все понимаю без слов.

О нем ничего плохого писать нельзя, потому что на кону его предвыборная гонка. Он метит не просто в хорошие бизнесмены, но еще и в мэры города, обещает изменить все к лучшему. Скандалы ему ни к чему.