Развод. Не бывшие (СИ)

Сегодня в планах — спуститься вниз и погулять на улице, но как только я справляюсь с одеждой, дверь палаты распахивается, и на пороге появляется Ясмин. У нее на руках улыбающаяся девочка, а в ногах два взросленьких парня.

Мои дети. Он привела ко мне моих детей.

Глава 55

Ясмин

— Ну что же вы так! — восклицаю, пытаясь организовать мальчиков, которые липнут к отцу, совершенно ни о чем не заботясь.

Он их не узнал. Я вижу это по его слегка ошалелому лицу, но надо отдать ему должное, обнимает пацанов, как своих.

Господи!

Они и есть свои! И есть!

Просто он их не помнит, и это, наверное, другое.

Надя к Динару как-то не спешит, но она и не успела особо привыкнуть. Не плакала у него на руках и не боялась, но и особого энтузиазма не проявляла, но она так со всеми. Слегка отстраненная, не настроенная на постоянные игры.

Я съеживаюсь вся, когда Динар смотрит на меня. По одному взгляду понимаю — вспомнил. Не все, но достаточно для того, чтобы так смотреть. Я закусываю губу. Делаю вид, что очень занята Надей. На деле же отчего-то волнуюсь. Вообще не знаю, чего от него ожидать. Он… словно другой человек теперь.

Хотя отчасти так, наверное, и есть. Он другой, потому что в нем нет всех воспоминаний, и я никак не могу на это повлиять.

— Ну привет, — улыбается детям. — Рассказывайте, как жизнь?"

"Мальчики начинают вещать о том, что произошло за последние дни, наперебой. Странно, но о том вечере со стрельбой они не помнят. Психолог сказала, что это защитная реакция, барьер, они вытеснили эти воспоминания, не задумавшись, и вполне себе счастливо существуют дальше. Жаль, что у меня так не получилось. Я бы тоже вытеснила. И те воспоминания, и все, что произошло за последние несколько дней.

Честное слово — все бы забыла. И то, как некогда верные партнеры отца пытаются растащить его компанию. И то, как мне угрожали. И то, как пытались защитить. Совершенно незнакомые мне люди, но знакомые, оказывается, Динару. Некий Дмитрий Левицкий сказал, что поможет и отстоит. В свое время Динар ему якобы помог, так что он в долгу, но проверить это я теперь не могу. Даже не знаю, у кого спросить.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем повисает пауза. Ребята устали говорить и явно хотят бегать, а Надя трет глаза, потому что хочет спать. Я не знаю, как сказать, что нам пора, но пока тщательно подбираю слова, Динар сам прощается с детьми. Говорит, ему пора на процедуры, хотя сдается мне, что никаких процедур у него на самом деле нет.

Мы прощаемся сумбурно, непонятно. Выходим из больницы и идем к машине. Я попросила Елену приехать со мной на случай, если Надя будет сильно капризничать, так что женщина ждет в машине. Я усаживаю детей в автокресла, передаю ей Надю и сама не знаю, зачем говорю, что они могут ехать. Мне нужно остаться. Не знаю, почему.