Развод на новый год

Разве это было возможно?

Своими пальцами я пробралась под его одежду, остро ощущая необходимость знать, что на теле больше нет шрамов, а если и есть то увидеть их. Увидеть, запомнить и прикоснуться. Он снял водолазку. Потом джинсы. И мое белье. И когда между нами не осталось ни одного слоя ткани и ни одного вопроса оставленного без ответа я его поцеловала.

Мы занимались любовью долго, медленно, нежно, боясь искалечить и без того больные души. Каждое прикосновение имело значение, каждый взгляд имел значение, пока он был во мне. Пока я стонала его имя, по-настоящему а не во сне. Пока он шептал мне что-то из-за чего хотелось остаться здесь, в этом моменте навсегда.

Как и шесть лет назад мы снова врали друг другу, но совсем иначе. Я врала, что больше не люблю его, а он врал, делая вид, что верит мне."

"После я засыпала крепко прижавшись к Максиму. Не сразу, не проваливаясь в сон, успокаивая свое сердце и пытаясь угомонить ту Соню, которая хотела кричать от счастья. И когда я уже почти уснула, то услышала то, о чем мечтала.

- Я все еще люблю тебя, Соня. Всегда любил и всегда буду, - шепнул он тихо, но я услышала.

Я тоже, Максим.

Я тоже.

Глава 24

Обычный завтрак в обычном ресторане среднего ценового сегмента. Из примечательного тут разве что Лилия, которая совершенно не вписывалась в атмосферу этого заведения.

Рядом со счастливыми парами и молодыми мужчинами в костюмах она смотрелась… никак. Потухший взгляд, опущенные вниз плечи, красные воспаленные глаза.

- Вы точно ничего не закажите?

- Я поела в номере, - моя клиентка через силу улыбнулась.

Какой-то запутанный лабиринт с этой женщиной. Только кажется, что мы находим общий язык, как-то понимаем друг друга, как она снова клюет головой и жалуется.

То на мигрень, то на давление, то на погоду.

Не человек, а растение.

Я злюсь, потому что привыкла жить иначе. Порывисто и резко, я делаю все сразу, на полную, без тормозов. Люблю, ненавижу, расстаюсь, и корю себя за ошибки.

Тяжело выдыхаю и пытаюсь снова вернуть своей клиентке интерес к нашему разговору:

- Вы давно общались с сыном?

Она медленно моргает.

- Несколько дней как.

- Как обстановка дома? Как его дела?

- Нормально.

И это ответ на оба моих вопроса. Или ни на один из них. Я уже перестала считать, сколько раз Лилия сбилась с темы и говорила что-то невпопад.

Жена Исмаилова всегда казалось слишком… спокойной. Я думала дело в характере и том, что она смирилась и приняла свою судьбу. Но с каждой новой встречей женщина застывала еще сильнее и сейчас стала просто непробиваемой.

Я откинулась на стуле, руки безвольно повисли вдоль тела. Сдаваться поздно, а продолжать бороться не имеет смысла.