Развод. Моя (не) желанная (СИ)

Он почувствовал, что я смотрю на него, скосила на меня насмешливый взгляд:

— Так и знал, что притащишь сюда какую-нибудь раскладушку.

— Это софа.

— Ну да. Тут, конечно, принципиальная разница.

Я заёрзала у него на руках, но добилась только того, что он прижал меня к себе сильнее, будто кто-то пытался меня у него отобрать.

А ещё Громов проигнорировал софу. Он подошёл к постели и опустил меня на неё, тем самым давая понять, что думает о моей инициативе.

Но мне тут же, очень не к месту, припомнилось, откуда он так поздно прибыл.

Я отодвинулась от него, сползла с кровати, отчего-то вообразив, что он надумает тут же улечься рядом.

Это при том что Громов ещё даже пиджака не успел с себя снять.

— Далеко направилась? — услышала за собой насмешливое и ещё больше разозлилась.

— В душ, — я на ходу сцапала из кресла аккуратно сложенную там пижаму и потопала из спальни.

Побыстрее бы смыть с себя все ощущения от прикосновения его рук. Он же этими самыми руками пару часов назад свою Илону лапал. Или ещё кого-нибудь! От этого любителя «активного отдыха» можно чего угодно ожидать.

В душевой я проторчала чёрт знает сколько времени, трусливо уповая на то, что к тому времени, когда я оттуда выберусь, Громов просто-напросто заснёт.

И я почти поверила в это, когда высушив волосы и переодевшись, решилась-таки вернуться в спальню.

Там теперь горела только осветительная панель над кроватью, и в сумерках я прокралась к застеленной свежим постельным спасительной софе. Скинула тапочки и юркнула под одеяло.

Спустя минуту Громов прошёл мимо меня и на ходу совершенно будничным тоном отметил:

— Если я вернусь из душа в пустую постель, пеняй на себя. У тебя есть двадцать минут на то, чтобы переехать.

Я взвилась из-под одеяла:

— Громов, что ещё за приказы? Никуда я не…

— Двадцать. Минут, — отрезал супруг и скрылся в дверях, оставив меня полыхать от негодования.

Да что ещё за детский сад-то такой?

Но глаза мои невольно скользнули по циферблату стоявшего на прикроватной тумбочке будильника.

Он делает это намеренно. Права качает. Хочет напомнить, кто в доме хозяин. Хорош хозяин, в чужих постелях кувыркающийся!

Но прошло ещё десять минут, шум воды в душевой стих, и меня будто подбросило с жёсткой софы.

Ну вот что я за дура? Зачем я ведусь на его замашки деспота и угрозы?

Выругавшись себе под нос, я снова сунула ноги в тапки и перебралась на большую постель, улеглась на самом краю и укрылась с головой одеялом.

Да потому что возражать ему без толку. И потому что угрозы его, как правило, не пустые.

Ну покочевряжусь я, ну повозражаю. В итоге-то чем всё закончится?

Он просто сгребёт меня в охапку и без лишних сантиментов передислоцирует.

Как вчера.

Ох ты ж… зря я вчерашнее вспомнила.