Развод как средство от депрессии

 — Ты только юристам нашим сообщи, какие документы по фирме менять надо, пусть работают.

— Артем, я тебя прибью, — совсем растерялась я. — Ты что творишь?

— Инка, это карма. На развод ты подала без бывшего мужа, а я женился на тебе без тебя. Смирись, — и продолжает улыбаться. — Завтра кольца купим, размера-то пальца твоего я не знаю. Это же не грудь, — самодовольный такой.

— Пошли, — тяну его за галстук.

— Куда?

— Первую брачную ночь за самоуправство отрабатывать будешь.

— Это я с радостью.

Оказывается, я уже привыкла, что Артем таскает меня на руках. И мне это очень нравится. А что до признания в любви… Было уже такое у меня. Слова и слова, ничего особенного.

Эпилог

От автора

Апрель уже умыл теплыми весенними грозами город. Парки покрылись зеленой дымкой нежной молодой листвы. Ранним субботним утром на улицах было пустынно, редкие прохожие и редкие же автомобили нарушали относительную тишину. Солнце еще робко светило с неба, чтобы ближе к полудню разойтись во всю мощь, поэтому несколько человек, стоящих перед входом в перинатальный центр, пытались согреться кто коньяком, кто кутаясь в шали. Две будущих бабушки и два будущих дедушки с усмешками наблюдали за одним будущим отцом, нервно расхаживающим вдоль здания. Акушер-гинеколог, которая будет принимать роды у Инны, наплевав на вип-статус Артема, выперла его из здания, сунув успокоительное. ""Не впускать до моего разрешения"", — был дан приказ охране. Один из врачей срочно ушел на больничный, заменить не успели, а младенцы, словно почувствовав это, решили быстренько родиться. Персонал буквально зашивался, им было не до нервных отцов, пусть хоть те трижды богатые и влиятельные.

Попозже группа поддержки значительно расширилась: прибыли друзья Артема, позаботившись о кофе и бутербродах, подкатили подруги Инны, оставив своих мужей и детей дома, твердо заявив, что и без них толпа будет. Организовался стихийный пикник, но все вели себя достойно — Алла и Екатерина Андреевна навели железную дисциплину. Ожидание Артему казалось бесконечным, но небеса смилостивились и охранник, выйдя на крыльцо, крикнул, что Троянов может проходить в палату. Всё же платные роды дают преимущества.

Крыльцо, холл, лестница, второй этаж — путь не отложился в памяти. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, руки тряслись, когда он открыл дверь палаты. Инна полулежала на кровати, прижимая к груди красного и сморщенного младенца. Артем подошел к ним и хотел пальцем потрогать новорожденного, но в последнюю секунду отдернул руку. Вместо этого нежно поцеловал жену и произнес:

— Мои любимые девочки.

— Любимые? — улыбнулась Инна.

— Самые любимые, — подтвердил счастливый отец.

— А ты наш самый любимый мужчина.