Развод. Я тобой одержим

– Кто это был?

Наступает долгое молчание. Он смотрит мне в глаза, давая понять, что вопрос услышал, отвечать не желает.

– Марат сказал, что Закиров мертв, – предпринимаю ещё одну попытку.

– Ох, детка, не так всё просто. Многим твой муж.. – ударяет себя ладонью по лбу, – прошу прощения, бывший муж, посреди горла стоит. Позавчера Ильяс постарался.

Заметив гримасу ужаса на моем лице, Наиль несколькими шагами палату пересекает и достает для меня бутылочку с водой из тумбочки.

– Маленькими глотками, – вкладывает мне её в руки, предварительно крышку немного раскрутив.

Боль от разочарования особенная. От неё мир меркнет, теряя свои самые яркие краски.

Я всегда за Марата, искренне считала, что наличие родственников – это благо. Мне самой их до слез не хватало.

После последнего визита Ильяса до меня доходить начало, что он несет за собой негатив, но не представляла, до какой степени.

Разочарование до тошнотворного отвращения.

– Это из-за денег? Он хотел, чтобы все перешло по наследству к Таиру Маратовичу?

Мой мозг отторгает подобные схемы, но других причин я и вовсе не вижу. Они ведь дружили…

А их дядя?! Его бы тоже Ильяс заказал?

Морщусь от одной мысли о такой бесчеловечности.

– Ро, там не стоит копаться. Он больной завистливый ублюдок. Пытаться его понять – гиблое дело. Тебе вообще следует поменьше думать о них. Уверяю тебя, больше он не побеспокоит, – стальные нотки придают словам безаппеляционности. – Ближайшие несколько месяцев придется ещё немного проявить бдительность, а после будете жить, как сами захотите, – смягчается, опуская взгляд на мой живот.

– Яснее не стало, – бурчу в ответ.

Он прав, я бы места себе не нашла, скажи он мне об опасности. Понимала – что-то происходит, но лишь увидев рубцы на лице Марата, осознала весь масштаб этого ужаса.

– Если вы знали, что опасность грозит…, – тру щеки. Слез столько, что я забывать про них начинаю.

– Малышка, убрать можно любого. Дело лишь в заинтересованности вопросом и в финансировании. В остальном, уверяю тебя, сплошное бессилие, – разводит руки в стороны, словно каясь. – Марат знал, на что идет.

Сколько ещё оттенков у бессилия?! Я ненавидела его за предательство, а сейчас всё готова отдать, лишь бы он был жив.

– Он ведь ничего плохого не сделал! Я понимаю, деньги большие, но это не повод…, – обхватываю лицо руками, стараюсь дышать глубоко.

– Рорик, ты девочка, – поправив брюки, Наиль опускается на корточки перед моей постелью. Снизу вверх мне в глаза заглядывает. – Вам не нужно в это дерьмо погружаться. Предвосхищая твои следующие слова, уточню. Дело не в доверии. Это проявление заботы, хотя на первый взгляд так и не кажется. Есть вещи, знать о которых небезопасно. Хотя бы для морального спокойствия.