Развод. Бумерангом по самые я...

Он стоит передо мной, такой родной и такой чужой одновременно, и совершенно не видит очевидного.

Я не злюсь из-за количества его детей. Я злюсь, потому что где-то там, в параллельной вселенной, могла быть другая жизнь. Та, где мы не разбежались в двадцать лет из-за глупой ссоры. Где он держал на руках наших детей, а не чужих. Где я не просыпалась по ночам от того, что кто-то другой знает, как звучит его смех, когда он счастлив, не слышит, как поет песни под гитару, не видит, как хмурит лоб, когда думает о плохом.

Где он не чужой, а мой. А я его.

- Пусти... – мне уже не хочется спорить, что-то доказывать, но руки всё равно упёрты в его грудь.

- Ты с ума сошла? Пустить? Думаешь, судьба даст мне третий шанс? Ну нет, Кариш, я тебя больше не отпущу, - Влад не ослабляет хватку, но его пальцы становятся мягче, почти ласковыми.

- Влад...

- Карина, - он вздыхает, и в этом вздохе - вся наша история. – Дай нам сделать все то, чего не случилось в прошлом.

Качаю головой и отворачиваюсь, потому что чувствую, как блестят мои глаза. Не хочу, чтобы он видел меня слабой.

- Чего ты боишься?

Я замираю. Потому что не могу ответить. Не могу выговорить вслух, что мне больно. Не из-за его второго сына, не из-за другой женщины, не из-за другой жизни. Больно за то, что все это было без меня.

- Ты... - голос срывается, - Как его хоть зовут?

- Мишка, - в голосе Влада звучат непривычные для меня ноты. Нежность, которую отец может испытывать к своему ребенку. – Хороший парень, спортсмен, футболом занимается. Учится на третьем курсе, оболтус тот еще, конечно, но добрый. Быть добрым редкое по нашему времени качетсво.

- Тоже юрист?

- Упаси Боже! Будущий учитель, как и ты.

Влад отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза.

- Я не сказал, потому что знал, что будет вот так.

- Как ""вот так""?"

"- Что ты так отреагируешь и что, возможно, тебе будет больно.

Я отворачиваюсь, но его пальцы мягко возвращают моё лицо обратно.

- Не из-за количества детей, - тихо говорит он. - А из-за того, что они не наши.

Губы дрожат. Я кусаю их, чтобы остановить.

- Карина, - его большой палец осторожно проводит по моей щеке, смахивая предательскую слезу, которую я не успела остановить. - Мы оба идиоты.

- Да, - хрипло соглашаюсь я.

- Мы столько всего упустили...

- Да.

- Но знаешь что? - он прижимает мою ладонь к своей груди, где под кожей бьётся сердце. - У нас ещё столько впереди.

Я молчу.

Внезапно его голос становится нежным. Не придурковато издевательским, и не строго поучительным. А очень нежным. Как когда-то раньше.

- Мы упустили многое. Не вырастили детей вместе. Но можем нянчить внуков. Не поехали в наш отпуск в Анапу. Поедем в Таиланд. Или Италию? Или куда ты там хочешь, не важно, главное, чтобы вместе. Мы не купили первую квартиру - но построим дом. Такой, чтобы всем хватило места.