Развод. Бумерангом по самые я...

– Ты даже сейчас не понимаешь, до чего нелеп. Почему чему-то меня должна была учить Карина? Почему не ты, папа?

Папа внезапно взрывается.

- Я был занят, - орет он. – Я работал!

- Херово ты работал! Потому что ничего не заработал, ни денег, ни признания коллег. Тебя же все терпят, потому что уважают Карину. Только она и была, а ты все просрал. Променял и на кого, на Ленку! Господи, ты, правда, думаешь, что вы будете вместе? Что вы будете счастливы?

- Мы любим друг друга! – рычит он, но в его глазах уже мелькает неуверенность.

- Себе-то не ври! – перебиваю я. - Любите вы! Лена любит только себя, а ты ей так… для удобства! Попробуй заболеть и узнаешь цену ее любви. Попробуй потерять деньги или статус, и ты поймешь, на кого променял Карину. Попробуй хоть раз не притворяться таким хорошим и понимающим, не играть для нее лучшего папочку на свете, и ты охереешь. Потому что, наконец, увидишь то, что видят другие.

- Я не папочка для Лены, я ее мужчина, запомни это, урод!

В следующее мгновение его пальцы впиваются мне в грудки. Я инстинктивно упираюсь ладонями в его запястья, но понимаю - он сильнее. Гораздо сильнее.

Его дыхание горячее и прерывистое. Глаза горят бешенством. Кулак занесён.

И тут...

- Если ты хоть пальцем тронешь моего сына, - раздаётся спокойный, ледяной голос из дверного проёма, - я тебя уничтожу, Владлен.

Омка пришла, мысленно улыбаюсь я. Моя настоящая, пусть и не по крови, мать.

Глава 30

Бывают моменты, когда ты руководствуешься не логикой, не приобретенными знаниями, не аргументами со стороны, а тем, что принято называть интуицией.

Той самой, в которую лично я не верю, в отличие от инстинктов, особенно материнских.

Материнский инстинкт, это когда ты встаешь ночью, чтобы проверить близняшек, кладешь ладонь на лоб дочки и чувствуешь, как та горит.

Когда с первого взгляда понимаешь, что эта девочка с сыном ненадолго и вообще, она с ним только чтоб позлить своего бывшего парня. И что скоро кому-то разобьют сердце.

Когда берешь телефон в руки за секунду до того как твой ребенок тебе звонит и по одному молчанию понимаешь – что-то случилось.

Когда едешь в больницу, хотя все тебя отговаривают от этого. Поздно уже, да и зачем? С врачом поговорила, все возможные благодарности за наших мальчиков раздала в конвертах, от гостинцев у ребят тумбы лопаются. Чувствуют себя мои дурни уже отлично, Борю уже выписали, а Тимофея не уже, но вот-вот. Сам он, довольный глупой проделкой, постоянно звонит мне и мелет всякую ерунду. Сам не отдыхает, и меня отвлекает, но я всякий раз с радостью откладываю работу, чтобы снова услышать голос пасынка.

Иными словами и логика, и аргументы, и здравый смысл говорили, что ехать не нужно.