Развод. Я его так любила (СИ)

Помнишь, когда у меня во втором классе начались уроки трудов, и мы там делали первые стежки на ткани? Вот ты помнишь тот стежок, который надо было сделать, а потом пропустить в него иголку, чтобы сделать узелок. У меня не получалось. Я плакала, психовала, а ты, беря мою руку в свою, помогала все это сделать. То есть ты меня движениями повторений учила этому. Сейчас полностью другая ситуация. Повторениями, движениями мы, наверное, будем учиться жить одни. И поэтому не надо говорить о том, что я могу не рассказывать о тебе отцу и могу не брать от него трубки. Нам с тобой все равно как-то придётся научиться жить вдвоём. А потом втроём. — Роза вздохнула, я медленно подняла руки и обняла её.

В этой маленькой женщине было мудрости больше, чем во мне, в ней было столько чуткости и понимания, что сердце снова зашлось неровным боем, и я мысленно призвала себя к спокойствию. В конце концов, неужели это будет продолжаться бесконечно и я даже положительные эмоции не смогу испытывать? Это же глупо. Это же ненормально.

— Не переживай, мам. Мы с тобой, как в детстве. Стежок за стежком будем учиться. И нет в этом ничего постыдного, нет в этом ничего плохого. И на самом деле нельзя винить ни тебя, ни меня, ни беременность в том, что у папы такой период жизни. Он сам этого хотел, он сам это сделал. Наша семья не виновата. Не надо искать проблему в себе, а я же знаю, что ты ищешь, и, не находя, ты снова бьёшься головой об стену в вопросе, почему он так поступил с тобой? Мне кажется, единственный ответ на этот вопрос может звучать примерно так. Он так поступил с тобой просто потому что мог, просто потому, что у него было на это желание, были на это силы, возможности и напрочь отсутствовало какое-то понимание. Он изменил, потому что мог. Мне это больно говорить, но это правда, мам.

Глава 31

Зоя.

В Розе действительно было безумно много мудрости, настолько много, что я стояла, слушала её и поражалась:

— Спасибо тебе, — тихо сказала я, тыкаясь носом в её мягкие волосы.

— Да мне то за что. За такие вещи, мам, не благодарят.

— Но все равно спасибо…

Потому что дочь была права.

Раз за разом, закрывая глаза, я проворачивала эту историю.

Почему, почему, почему?

Всего несколько недель назад я была самой счастливой женщиной. Утрирую насчёт самой счастливой, потому что у меня не было возможности родить второго ребёнка, поэтому я была просто счастливой женщиной, у которой была стабильная семья, хорошая работа, любимое занятие, преданный внимательный муж.

А сейчас мы обе с Розой стояли возле обрыва, а мост-то порван, и как дойти на другую сторону непонятно.

Я тяжело вздохнула и, развернув дочь к столу, заметила:

— Давай будем завтракать, сегодня я не позволю тебе прогуливать учёбу.