Развод. Я его так любила (СИ)

Я не понимал, с чем это связано, но если раньше все упиралось в то, что я глава семьи, то сейчас, потеряв этот статус, я стал осознавать нечто другое, что помимо того что я добытчик, я хозяин в доме, я ещё, оказывается, в один момент вдруг стал предателем со всех сторон.

Нет, я не ныл. Я понимал, что это закономерно.

Я просто не понимал фатального желания моих женщин разрушить все до основания.

Какой они реакции от меня хотели, чтобы я, наплевав на всякое мужество, ползал у обоих в ногах и рассказывал о том, что никого лучше у меня в жизни никогда не было. Да, я не считаю, что поход налево это прям какой-то доблестный и гениальный поступок. Нет, это, скорее всего, продиктовано какой-то неудовлетворённостью. Причём я не понимал, в чем я был неудовлетворён. Для меня это до сих пор оставалось загадкой. Мне казалось, что какие-то поступки я совершал чисто на автоматизме: прошло пару лет, надо поменять машину. Прошло пару месяцев, надо поменять костюмы. Прошло пять лет, значит, мы берём новую недвижку. И что-то, видимо, произошло, что истекло какое-то время и появилась любовница.

Я не гордился этим, но вместе с тем и расшибать лоб об пол я тоже не собирался.

Не надо, это было слишком, я был готов по любым фронтам признать свою вину, я был готов на то, что наша жизнь все равно потерпит изменения, но я не готов был расставаться со своей семьёй, и дело было не в том, что мне нужна была кухарка, уборщица и так далее, я это все прекрасно могу нанять, оплатить и вообще не париться на этот счёт. Да, господи, даже секс возможно оплатить в этом мире. Но мне нужна семья моя, мои девочки вредные, капризные, избалованные, и каждый раз, когда я набирал номер телефона жены либо дочери, меня скручивало лютой болью, которая заставляла каждую клеточку организма орать о том, что все плохо, шеф, все пропало.

Я не понимал, откуда появлялось это безумное чувство, что все пропало, но с каждым прожитым днём оно крепло, и теперь, во время звонка, я уже думал не о том, чтобы продавить какую-то ситуацию, а я молился лишь о том, чтобы мне вообще ответили, и Роза говорила со мной сквозь зубы. Вот это вот вообще унижало больше всего.

— Нет, пап, все хорошо, —сказала она через пару дней после того, как я с Зоей съездил в больницу.

Меня реально очень сильно травмировало непонимание кто беременный.

Я жопой чуял, кто-то беременный.

Но если честно, я так задрался за столько лет питать беспочвенные надежды на то, что у нас с Зоей получится родить ещё одного ребёнка, что просто гнал от себя эту мысль.

Да, я действительно ворчал, бурчал, но мне было бы намного проще принять тот факт, что беременна Роза, это было бы намного комфортнее, потому что в отношении Зои…

Да, черт возьми, кого я обманываю!

Да, я хотел ребёнка, но не той ценой, которую платила за это Зоя.