Развод. Я его так любила (СИ)

По идее, было логично, но все равно это меня не утешало.

Ближе к утру моя неспящая натура заметила такой парадокс: храп стоял на всю квартиру, причём храп настолько жуткий и лютый, что даже под подушкой невозможно было скрыться.

Я тихо выглянула в коридор и прошлась взглядом по дверям комнат. Медленно пройдя до спальни дочери, я приоткрыла дверь и увидела, что Роза крепко спит, присмотрелась и в отблесках фонарей, которые были на фасаде дома и периодически заглядывали в окна, я рассмотрела, что у дочери в ушах наушники. Медленно развернувшись, я пошла в кабинет и застыла перед дверью.

Виктор храпел так, как будто бы у нас остановилось тридцать три богатыря, я не могла представить, как надо было вывернуть шею, чтобы так храпеть, но вместе с тем это было нетипично для мужа.

Я не знала, стоит ли стучаться, стоит ли как-то акцентировать своё внимание, поэтому просто толкнула дверь, зашла, Виктор даже не стал вытаскивать постельное запасное, которое было в нашей спальне, а просто кинул на диван плед, а сверху укрылся накидкой, в качестве подушки он использовал диванную, неудобную, и вообще ничего удивительного, что храп такой стоял, будто бы все богатыри решили выспаться в эту ночь.

Я тяжело вздохнула, развернулась, ушла в свою спальню, вытащила из прикроватного пуфика набор постельного белья с несколькими подушками и вернулась в кабинет к мужу, остановилась возле дивана и, видимо, от моего пристального внимания Виктор что-то почувствовал и поэтому распахнул глаза.

— Я так и знал, что ты решишь меня придушить, — сказал он хрипло, и в этот момент я выпустила все постельное из рук. Оно повалилось на него неудачно, падая прямо на лицо. Я, вздохнув, заметила:

— Постели себе нормально, а то на этой подушке ты храпишь так, как будто бы у тебя жуткие аденоиды.

— Вот можешь же ты посреди ночи бросаться такими страшными словами, — хрипло произнёс муж, садясь на диване.

Я обошла его с другой стороны и направилась в сторону двери, раздражалась от этой ситуации, вообще раздражалась от его наличия в квартире.

— Зой, — тихо позвал меня Виктор. Я медленно обернулась и посмотрела на мужа. Он даже не разделся, как рухнул в джинсах и пижамной рубашке так и остался в этом во всем лежать.

— Да и на самом деле не смей в верхней одежде ёрзаться по постельному белью, — заметила я придирчиво и зло,

Да, меня сейчас все раздражало: от того, как он дышал, и, заканчивая тем, как он смотрел.

Виктор тяжело вздохнул, медленно встал с дивана и стал расстёгивать рубашку от спального комплекта.

Я закатила глаза и отвернулась, но мне вслед донеслось хриплое от мужа.

— Зоя...

Я застыла на пороге. Ощутила, что Виктор сомневается, а потом все-таки он рискнул.

— Спасибо…

А я не стала ничего ему отвечать. Качнулась в сторону коридора и хлопнула дверью.