Развод. Я его так любила (СИ)

И да, будет круто если вы подружитесь!

Глава 3

— Отлично, — заблокировав все органы чувств, парализовав саму себя, зло выдохнула я, чтобы Виктор не думал о том, что он может меня напугать. Нет, меня не напугаешь. — Давай познакомимся, только ты уж не удивляйся, что через несколько дней тебе придётся знакомиться с молодым, накаченным, забитым татухами парнем, которого я приведу в нашу квартиру."

"Мне кажется, если бы у Виктора не работали предохранители настолько чётко и слаженно, то он бы меня просто сейчас задушил, потому что муж дёрнулся ко мне и прохрипел:

— Ты что это удумала? Альфонса себе завести решила?

— Ну, ты же себе девку завёл. Ещё и утверждаешь, что я должна с ней подружиться. Конечно, все отлично. Сначала подружимся, потом будем вместе на чай пить, а потом распишем неделю, сделаем так, что по чётным дням ты будешь тусоваться у неё, а по нечётным у меня, потому что по чётным у меня будет тусоваться тот самый альфонс!

Я понимала, что меня несло.

Я даже никогда за все наши годы брака не могла посмотреть ни на какого другого мужчину, потому что у меня единственный был человек, которого я принимала полностью от и до.

Это был Виктор.

И сейчас, произнеся все это, мне казалось, я себе душу кромсала на куски.

Я не понимала зачем я это делала…

Наверное, просто чтобы отстоять свою позицию, чтобы не казаться перед ним совсем слабой, забитой, а выглядеть самодостаточной, уверенной в себе женщиной, потому что слабую и забитую он затопчет, наплюёт на все мои желания, на все мои потребности. Ему будет просто по барабану все это…

— Вот так, — рассмеялся Виктор, запрокидывая голову назад, я дёрнулась в сторону, вырывая плечо у него из захвата, и медленно пошла в направлении зала.

— Да, вот так, Вик. Если ты считаешь нормальным после стольких лет брака заводить любовницу, то чем я тебя хуже?

— Да ты ничем не хуже меня, Зоя, ничем. Только вот у тебя кишка тонка, ты никого не заведёшь.

Я затормозила, получив удар в спину, и медленно повернулась.

— С чего ты взял?

— Да с того, что ни одна нормальная женщина, которая на протяжении двадцати пяти лет принадлежала одному единственному мужчине, не пустится во все тяжкие…

— Да, такого нельзя сказать про мужчин, — оскалилась я и, развернувшись, продолжила идти в зал. — Это ведь мужчинам позволено то, чего не позволено всем остальным людям. Это ведь мужчины могут наплевать на всю жизнь, положить её на алтарь своей похоти.

— Господи, Зоя, не надо таких громких слов. Ты прям как не знаю кто разоряешься сейчас, — вспыхнул Виктор и, дойдя до меня, резко дёрнул за локоть, разворачивая к себе. — Прекрати. Это не конец света, что ты завелась, как будто бы я не знаю, чего предлагаю. Ты сама доводишь меня сама, заставляешь меня таким образом давить бунт в семье.