Развод. Другая семья мужа (СИ)

Что в этом плохого? В руководстве не хватает сильного лидера, который будет управлять компанией твердой рукой. Ты слишком осторожен, мой мальчик, слишком правильный, боишься рисковать. А бизнес любит риск!

— У нас уже был с тобой подобный разговор, — заскрипел я зубами в ответ, вспоминая, как он советовал мне мошеннические схемы и сговор компаний по резкому подъему цен на товар, — и я уже объяснял, что тебя в руководстве не будет ни под каким соусом, как и я не буду нарушать закон. Моя прибыль меня устраивает, ты можешь создать свою компанию и рисковать сколько угодно. Какого черта ты лезешь в мою? — спросил его в который раз, а новость о том, что он протянул свои ядовитые щупальца к моей жене, выводила меня из себя. — И я предупреждаю тебя последний раз: не трогай Олесю! Я сам могу помочь ей управлять акциями.

— Девочка потеряла к тебе доверие, Вардан, кто ж ее осудит? — издевательски загоготал он. — И зачем мне создавать компанию и конкурировать с тобой, тогда как я могу приобрести еще немного акций и получить право решающего голоса?

— Так вот в чем твоя цель?

— А разве я ее скрывал? — протянул он с насмешкой. — Помнится, я хотел, чтобы ты женился на моей Яне, тогда бы мы просто слили капиталы и вели общий семейный бизнес, но в принципе меня устроил и твой брат в роли зятя. Ведь он совсем не интересуется делами компании.

— Еще раз повторяю тебе, чтобы ты не подбирался к делам моей компании, — рявкнул я на него, — ни через моего брата, ни через Яну, ни через Олесю. Теперь, когда Онур пришел в себя, Яна может спокойно передать ему акции, а своей жене я помогу сам.

Глаза Верховцева странно сверкнули, когда я упомянул пришедшего в себя брата, но он быстро скрыл свою реакцию и снова принял невозмутимый вид, не давая мне сосредоточиться на смутной догадке, которая появилась у меня в этот момент. Он думал, что Онуру не до компании? Когда это было? Перед тем как Онура избили, он как раз собирался передать мне акции, но не успел…"

"— Ты живешь вчерашним днем, Вардан, — ухмылка озарила его лицо, — а я живу сегодня. Именно сейчас я уже контролирую акции Олеси, она, бедняжка, ничего не поняла на последнем собрании акционеров, но у нее есть право голоса. У нас с ней появился ряд предложений по теме последнего заседания. Ознакомься, — он выложил передо мной бумаги, на которые я даже не взглянул.

Никак не успокоится, гнида, уже подсуетился, чтобы заставить Олесю подписать какие-то документы от лица держателя акций. Стоило представить, как он тянет к ней свои мерзкие руки, так меня всего перекорежило.