Развод с драконом, или Гиблое поместье попаданки

Из глаз брызнули слёзы от боли в стоптанных ногах, но я сцепила зубы и влетела в круг.

— Продолжайте ритуал! Продолжайте! — выкрикнула я, падая на колени.

И старая магиня начала быстро читать заклинание.

96

Анна

Меделин решительно бросилась к ритуальному кругу, вернув на место отброшенный мной кристалл.

Рейгард закрыл меня руками, словно пытаясь защитить от всего вокруг.

— Продолжайте ритуал! — выкрикнула Меделин.

Леди Элеонора, не теряя драгоценных мгновений, продолжила читать заклинание в гудящем напряжением зале.

Артефакты в ритуальном кругу ослепительно вспыхнули — и тело Меделин затряслось в конвульсиях. Она рухнула на колени и затихла, но через миг резко вскочила, напугав меня. Фигура девушки будто бы выросла, а в глазах вспыхнули кроваво-красные угли.

— Варих, — прошипел Рейгард.

— Ну, всё, Рейгард, для нас обоих это конец, — прорычала Меделин леденящим до ужаса звериным хрипом, а в руке у неё вспыхнуло копьё, сотканное из тьмы. И в тот же миг полетело в нас.

Моё сердце замерло от неожиданности, а в руки хлынуло магическое пламя — я была готова дать отпор.

Однако Рейгард успел выставить блок раньше, чем я успела что-либо сообразить или сделать.

А потом я услышала топот солдат и грохот магических заклинаний. Зал наполнился яркими вспышками. А затем всё стихло, и я увидела Меделин, лежавшую на полу без сознания — по-прежнему худая, грязная девочка, со стоптанными в кровь ногами. А над ней — отряд воинов — они как будто специально ждали, когда появится демон, чтобы уничтожить его.

Её.

Мне ужасно стало жалко Меделин, к глазам подступила влага."

"— Неужели она мертва? — прошептала я, чувствуя, как ком вырастает в горле.

— Да, — ответил Рейгард без колебаний.

— И тебя бы тоже убили, если бы ты принял в себя демона? Они ждали этого?

— Возможно, — кивнул Рейгард. — Если бы я не смог отделить дракона — то да, был бы мёртв.

Он так просто говорил о своей гибели и о гибели своего зверя, что у меня мурашки по спине пробежали. Этот человек многое прошёл, слишком многое, чтобы обрести столь леденящее спокойствие.

Рейгард убрал светящийся купол, и в зале воцарился полумрак, лишь кое-где дымились магическим свечением разлетевшиеся в стороны артефакты.

А на полу, за погасшим куполом, лежал навзничь генерал. Он медленно потирал лоб ободранной кистью.

— Эдуард, — прошептала я, подбегая к нему.

Помогла сесть.

— Анна? — прохрипел он, ведь исхудавший, болезненный на вид, но до боли человечный. Мой друг.

Я крепко обняла его. И мужчина благодарно поцеловал меня в щёку.

— О боже, Меделин… — прошептал Эдуард, увидев распластанную на полу девушку.

В глазах мужчины отразилось горе, настоящее горе.

Он попытался встать, но был слаб, и я помогла.