Развод. Цена моего прощения (СИ)

И я сделаю всё, чтобы тебя забрать отсюда.

По дороге домой думаю о сказанных словах Ване. Хочется забрать его поскорее, а вот когда получится, неизвестно. И от этого на душе погано. Дети ведь не понимают всех бюрократических сложностей, скитаний с бумажками, обивания порогов.

Есть у меня одна мысль, которая вертится в голове постоянно, но мне даже думать её страшно. Единственный человек, которого я знаю из власти имеющих — это Кирилл. Но идти к нему с просьбой, когда мы только расстались, наверно, это глупо.

Может, в суде получится случайно встретиться, когда мы будем на бракоразводном процессе. Он как раз будет через неделю. Надо будет подготовиться, потому что мне страшно до жути увидеть опять его равнодушный взгляд. В последние дни перед расставанием он изменился. И меня не покидает чувство, что я своим бегством погубила ростки симпатии, которую он начал испытывать ко мне.

Мне его не хватает. Его рук, их тяжести, когда мы спим. Так хочется его увидеть, и в то же время боюсь нашей встречи. После расставания он ни разу не позвонил. Может, оно и к лучшему. Я бы всё равно не взяла трубку. Но тогда я бы знала, что что-то есть между нами. Что он тоже хоть немного, но любит и скучает.

Домой мы приезжаем поздно уже в девятом часу. И когда укладываю спать Илью, неожиданно звонит телефон. Номер незнакомый.

Я медлю. Брать или нет. И всё-таки беру.

— Алло.

— Лена, привет! Это Артём.

— Артём?

— Да. Твой бывший одноклассник.

Когда понимаю, что за Артём, готова бросить трубку. Мне неприятен этот человек. Он мерзок в своём поиске новостей и скандалов.

— Ясно.

— Надеюсь, я тебя не отвлекаю.

— Ты время видел вообще? Я ребёнка укладываю. Что хотел?

— Встретиться.

— Зачем?

— Поговорить, вспомнить школу. Мы ведь тогда не успели даже толком ничего сказать.

— Или может хочешь к своей мерзкой статье новостей добавить.

Глава 37

— Ты обиделась, что ли? — голос у Артёма удивлённый. — Я наоборот, думал, что помог тебе.

— Чем? Тем, что теперь я стала известна как продажная шалава, которая девственностью торгует и все пожелания мужа выполняет?

— Лен, я не хотел, чтобы про тебя так говорили.

— Не хотел? Что-то верится с трудом."

"— Я просто хотел помочь. Я был уверен, что Демидов использует тебя. По тем данным, которые я получил, ты жила как содержанка, без права голоса. Я думал, что ты воспользуешься статьёй и шумихой, и сможешь уйти от него. Он же тебя за куклу держал, насколько я знаю.

Слова Артёма полосуют сердце. И хоть я знаю, что он прав, всё равно остаётся ощущение, если бы нам дали немного больше времени, и не будь этой шумихи, то я бы достучалась до Кирилла.

— Лен, давай встретимся и поговорим.

— Нет, Артём. Не звони мне больше. Я больше не хочу быть связана ни с тобой, ни с кем бы ни было из твоего мира и мира Демидова.