Развод. Бумерангом по самые я...

По крайней мере мы с папой сделаем все, чтобы наш развод вас не коснулся.

- Но мам… - Яна всхлипывает. - Я так люблю тебя.

Сердце сжимается.

- И я тебя, родная. Пообещай, что не будешь думать о плохом, а прямо сейчас ляжешь спать.

- А ты пообещай, что вы с папой помиритесь! - Полина бросает вызов.

Я замираю.

- Я… постараюсь, чтобы всем было хорошо.

- Вот видишь! - Полина торжествующе тычет пальцем в экран. - Господи, я как знала, что не нужно было уезжать от нас, вы же такие несамостоятельные, просто как дети! Говорю, нам надо приехать и помирить вас, и я не хочу больше слышать этот бред про развод!

Тимофей кашляет:

- Ну, если бред - когда папочка…

- Всё! - резко обрываю я. - Девочки, спите. У вас ночь, у меня ночь, мелатонин сам себя не выработает! Мы ещё поговорим!

- Мам… - Яна тянется к камере.

- Спокойной ночи, мои хорошие."

"Вешаю трубку. В комнате повисает густая, вязкая тишина - будто даже воздух застыл, боясь пошевелиться.

- Ну что, - Тимофей с шумом шлёпает себя по коленям. - Поздравляю, омка. Только что ты показала мастер-класс по тактическому уклонению.

Я закрываю глаза, чувствуя, как в висках начинает пульсировать знакомая усталость.

- Тим… - голос звучит почти молитвенно. - Пожалуйста. Хватит самодеятельности.

Он ухмыляется - этот чёртов мальчишеский оскал, который не меняется с пятнадцати лет.

- Обещаю подумать, - произносит он с торжественностью клятвопреступника.

Я знаю - он не послушает. Он никогда не слушает.

Но если Тим, в порядке исключения, заткнётся хоть на пару часов - я буду благодарна. Не то чтобы мне совсем невыносим этот непрекращающийся словесный поток, нет. Я до того привыкла, что его бубнёж заменяет мне белый шум. Порой даже успокаивает.

Но сейчас... сейчас мне нужна тишина.

- Ма-ла-дец, - вздыхаю я, глядя на его довольную физиономию.

Тим демонстративно молчит. Вот так… Хотя бы до утра.

Глава 10

Тру лицо спросонья. Ладонь скользит по щеке - кожа кажется чужой, грубой, будто за эти недели я постарела на десять лет. Интересно, долго еще я буду просыпаться как с похмелья? Что ни день, то головная боль, песок в глазах, во рту... лучше бы тоже песок, но нет.

Ноги подкашиваются, когда ставлю их на холодный паркет. В зеркале ванной мелькает отражение - я быстро отворачиваюсь. Не сегодня. Сегодня я еще не готова встречаться с этой женщиной.

На кухне пахнет свежезаваренным кофе. На столе - аккуратно накрытый завтрак и записка от Тима:

""Выгулял твоего графского сыкуна"".

Уголки губ сами собой поднимаются. Графский сыкун... а что, это звучит гордо и очень отражает ситуацию.

Граф встречает меня у двери, виляя хвостом так сильно, что кажется, вот-вот взлетит. Его холодный нос тычется в ладонь, шершавый язык лижет пальцы. Целую мокрую морду, пушу шерсть на холке, пока он смешно рычит, изображая из себя взрослую собаку.