Развод. А я тебе верила (СИ)

Оказалось, что помимо того, что Севир похитил меня и удерживал силой, за ними с Марго числились множественные финансовые махинации, уход от налогов, и, в том числе, даже махинации с денежными средствами в государственных проектах.

Новая служба безопасности Богдана выяснила, что все факты, которые ему выдали про меня, были сфабрикованы. На части фото была я, на части — подставные актрисы в гриме. Но там, где была действительно я, конечно же, не было никакого подтекста, который туда закладывался.

С тестами ДНК вообще всё было мутно. Концов было уже почти не найти. Но ещё два других теста, после того, как Севир был засажен за решётку, показали, что вероятность отцовства у Богдана была 99%. Я была уверена, что тесты эти помогли сделать люди отца Севира. Ведь он же говорил, что тот работал в верхушке сферы здравоохранения. Уверена, у него были связи. А за деньги, как известно, можно было сделать почти всё.

Когда вся правда выплыла наружу, Богдан пришёл с повинной. Конечно, на коленях он не стоял, но извинялся искренне. Просил его простить, вернуться обратно, и жить как прежде.

Но он не учёл один фактор: я больше не хотела как раньше. Потому что я, из-за всего, что выпало на мою долю, уже была другая.

При этом, я сказала ему абсолютно искренне, что простила его. Но вот быть с ним вместе я больше не хотела. Теперь я хотела создать собственный мир. Вряд ли я смогла бы жить с мыслью, что кто-то ещё может ему что-то про меня сказать, и мне придётся начинать всё с начала.

Он, конечно, уверял, что такого больше не повторится, и это был для него большой жизненный урок, но мне пока было сложно довериться.

Чтобы восстановиться после событий, Богдан и себя и меня записал к психологу. Работа с ним мне очень помогала. Я всё лучше стала понимать себя, почему я поступала в той или иной ситуации определенным образом, а вот Богдан стал немного закрываться. Я не спрашивала у него причины, просто плыла по течению.

На фоне всего этого мне удалось договориться с Богданом о том, что у нас будет полная совместная опека над Дашей, и теперь она неделю жила у меня, и неделю у отца. Её, в принципе, всё устраивало. Тем более, что, когда Даша была у Богдана, я всё равно приезжала почти каждый вечер, чтобы увидеть её."

"И вот, последнюю неделю началось следующее: Богдан стал ко мне более внимательным, стал пытаться провести время со мной наедине, а не только в присутствии Даши, дарить подарки, цветы…

В общем, начал пытаться снова меня завоевать. Словно мы вернулись в точку, где были, когда только познакомились с ним. Только теперь он делал это с оглядкой на прошлое. Был уже не так настойчив, как раньше, старался больше брать хитростью, чем наглостью, и непробиваемостью.

А я… Я пока никак не отвечала. Я запуталась.