Сталин и разведка

Берии запрещено посылать это спецдонесение адресатам, так как это похоже на дезинформацию». «Адресатами» разведки в те дни были Сталин, Молотов и нарком обороны Тимошенко.

К концу 1940 года Германия оккупировала почти всю Европу и сформировала антисоветскую коалицию, в которую вошли Италия, Финляндия, Венгрия, Болгария, Румыния, Словакия. В распоряжении Гитлера оказались военные и экономические ресурсы практически всех европейских стран. В этих условиях перед советской военной разведкой стояла весьма сложная задача — своевременно и точно информировать руководство страны и лично Сталина о планах Германии, в первую очередь касающихся ее возможного нападения на СССР.

Несмотря на проведенную «чистку» и продолжавшиеся репрессии (напомним, что, последний предвоенный — до Голикова — начальник РУ Генштаба РККА Проскуров был арестован и расстрелян в 1940 году), зарубежный аппарат работал успешно. Об этом свидетельствует громадное количество донесений, приходивших из-за рубежа в Центр.

Мы приведем лишь некоторые из них, привязав их к действовавшим в то время легальным резидентурам.

Берлинская резидентура в основном ссылалась на сообщения «Арийца» (Рудольфа фон Шелия), поступавшие через «Альту» (Ильзу Штёбе).

«29.09.1940 г. „Ариец“ провел беседу с Шнурре (руководитель хозяйственной делегации немцев в СССР). Шнурре передал: 1. Налицо существует ухудшение отношений СССР с немцами. 2. По мнению многочисленных лиц (кроме МИДа) причинами этого являются немцы. 3. Немцы уверены, что СССР не нападет на немцев. 4. Гитлер намерен весной разрешить вопросы на востоке военными действиями».

25/26 апреля 1941 года военный атташе в Германии, генерал-майор В.И. Тупиков, прибывший в Германию только в начале января 1941 года, направил начальнику Разведуправления Генштаба Красной армии генерал-лейтенанту Голикову личное письмо. Оно по духу соответствует тому, которое 31 марта того же года в адрес Берии направил A.M. Коротков. Правда, по стилю оно отличается: более многословно, менее конкретно, содержит много общих рассуждений, хотя в принципе это тот же «крик души» честного человека, болеющего за дело разведчика, не получающего ответа на свои тревожные сообщения. Вряд ли Тупиков перед написанием письма советовался с Коротковым, да и неизвестно, какие отношения у них были между собой.

Вот несколько выдержек из письма: «За 3,5 месяца моего пребывания здесь я послал Вам до полусотни телеграмм и несколько десятков письменных донесений различных областей, различной достоверности и различной ценности.