Разведенка с прицепом

И там, и там я боялась ляпнуть лишнего и в итоге только сильнее разогревала подозрения.

– И он с тобой и Леей идет в цирк? Ваш коллега-партнер?

– Мам, ты в гестапо не работала? – фыркнула я, пытаясь увильнуть от допроса.

– Оленька, ну что ты говоришь, я же просто хочу знать, чем вы там живете! Хороший человек хоть?

Совсем напрямую врать было совестно. Хороший ли Влад человек?

Тот Влад, что хотел смерти отца, чуть не разорил его, подложил ему свою подружку в постель и соблазнил его невесту?

Или тот Влад, что сажал леса, строил дома и помогал детям и старикам в Сибири?

Тот Влад, что дал в морду Артуру, запугал Ларису и жил с бывшей сообщницей – а может, и спал с ней?

Или тот Влад, что приносил Лее мороженое, встречал меня по вечерам, мыл посуду и делал массаж?

Для меня или для других?

Как коллега, как любовник или как…

На следующем логическом шаге я мысленно споткнулась, с ужасом подумав, что как-то слишком далеко зашла с этим человеком, – практически уже живу с ним вместе, сама не заметив как.

– Конечно, в каждом есть и хорошее, и плохое, – устав ждать моего ответа, сказала мама. – Ты скажи: как он к Лее относится?

– Балует и защищает, – вздохнула я. – Иногда даже от меня. Конфетами кормит.

– И меня балует, уже три килограмма набрала, – проворчала, оттягивая пояс юбки. – Еще немного, и придется идти на шопинг, перестану влезать в платья.

– Что ж, значит, все-таки хороший, – сделала вывод мама.

– Ну да, главное в жизни – хорошо кушать и ходить в теплой шапочке! Очень ты вжилась в роль бабушки!

– А кто ж я еще? – удивилась она. – Кстати, ты ходишь в шапке?

Она звонко засмеялась – и я улыбнулась в ответ.

– Приедете на Новый год-то? Самое главное!

– Конечно, мам, шутишь? Лея соскучилась по нашей горке во дворе. Представляешь, тут запрещено такое самоуправство! Ледяные горки должны строить только специально обученные люди.

– Ну и правильно, а то свернет шею…

– Твоя внучка может свернуть шею даже в абсолютной пустыне. Но пока держится.

Разговор с мамой зарядил меня энергией до самого вечера. Наши уже постепенно сворачивали работу, оставляли досчитываться сцены и занимали места на полу и диванах перед экраном студийного проектора. Кто-то даже притащил попкорн, кто-то заказал пиццу – атмосфера становилась все более непринужденной. Мы и так уже выиграли этот конкурс, когда закончили все срок – и безупречно. Но все равно было интересно, какое место займет ролик.

Кто-то подошел сзади и поцеловал меня в макушку. Если бы не знакомый запах терпкого мужского парфюма, дело бы, конечно, закончилось выплеснутым в этого кого-то кофе. Но я только шикнула:

– Т-с-с-с-с! Не мешай! Осталось немножко. И не пались так, нечего всему офису знать про нас.

– Это почему? – удивился Влад, плюхаясь рядом на стул.