Разведенка с прицепом

 – Слушай, а почему реклама? Ты же вроде ночной клуб хотел открыть?

– Нет, оказалось – не мое, – отмахнулся Влад. – Вырос я из этого.

– Ты уже вырос из модельного агентства, проката суперкаров и борделей… то есть, прости, массажных салонов… – перечислил Макс его последние проекты. Это он еще про бар и тату-салон не знал. – Чтобы папе Диме что-то сказать, мне лучше знать, насколько у тебя в этот раз серьезно.

– Ты, блин, как всегда, – поморщился Влад. – Знаешь, что мой отец мне тебя в пример приводил? Вот, сказал, как надо.

– Юлиан Владимирович? – Макс смущенно хохотнул. – Да брось. Я многому у него научился, но ты же его сын, и он доверил тебе свой бизнес.

– Как доверил, так и отобрал! – Влад скрипнул зубами.

– Кстати, хотел тебя спросить, что случилось два года назад? Почему ты рванул куда-то? Прости, но я никогда бы не подумал, что такой человек, как ты, захочет строить деревни каким-то там погорельцам в Сибири. Вообще не твой стиль.

От необходимости отвечать Влада спас пронзительный вопль:

На него налетел вихрь, мгновенно снося со стула, смахивая со стола вазу с салфетками, которые взвихрились вокруг огромными хлопьями снега, словно новогодняя метель. Влад облился пивом, чертыхнулся и вскочил на ноги.

– Ты… – он осекся, увидев, что у вихря две растрепанные косички и довольная мордашка темноглазой девчонки. – Ты кто?!

– Ты меня не помнишь, дядя олень? – огорчилась она так, что даже косички поникли.

Рядом кто-то хрюкнул. Влад медленно повернул голову.

– Олень… – Макс ржал так, что его сворачивало креветкой. – Я бы ждал, что на тебе повиснут с воплем «папа!» но ты отличился!

Влад огляделся в поисках хозяйки этого… существа, которое продолжало висеть на нем и пыриться большими грустными глазами. Метрах в трех от столика стояла, сложив на груди руки, женщина, смотрела на это и совершенно не планировала помогать ему с обузданием вихря.

– Дядя олень, почему ты не подарил планшет? – вопросил вихрь с косичками, подергав его за рукав.

Женщина усмехнулась, прикусив губу, склонила голову набок – и тут Владу в лицо будто шибанул вспыхнувший прожектор. Пронзительный свет и накативший жар вернули его в памяти на много месяцев назад. Новосибирск, Новый год, ночь…

Он не сразу ее узнал, потому что большую часть времени видел с закушенными губами, растрепанную, стонущую. Голую. Под скромными джинсами и оверсайз свитером у нее оказалась такая фигура…

«Песочные часы» – тонкая талия, упругая грудь, крутые бедра. Одно удовольствие было вести рукой, чувствуя перепады, как у гитары. Настоящая женщина. За одну фигуру можно десятку влепить. Но за страстность…

Повысить рейтинг до сотни – и не пожалеть.

С того января у него было немало дам… и не дам – нагонял два года перерыва.