Разведенка с прицепом (СИ)

В этот самый момент я как никогда жалею, что не сказала Дамиру правду о Лале. Пусть не меня, но свою дочь он бы обязательно защитил.

— Ты слишком строга к отцу, Ясемин, — вмешивается Эмир.

— Я считаю, что такие вопросы как минимум не следует обсуждать за моей спиной, господин Дениз, — отвечаю довольно холодно, и он не может этого не видеть. Но если я планировала вогнать его в ступор, то меня ждало сокрушительное поражение.

— Ты права, мы с твоим отцом сами все решили, — кивает он без малейшего намека на смущение. — Но ты прожила здесь пять лет, Ясемин, и должна уже понять, что такие серьезные вопросы мужчины не обсуждают с дочерями. Каждый отец лучше знает, что нужно его ребенку.

— Не хочу вас обидеть, эфендим, но вы старше чем мой папа, — говорю и оборачиваюсь к Оздену. — Это точно то, о чем вы мечтали для своей дочери, Омер-бей?

— Если ты откажешься, Ясемин, твоя дочь так и останется незаконнорожденной, — с прохладцей говорит Эмир, — а в нашем обществе это хоть и не преступление, но все же существенный недостаток. Вы теперь не приехавшие на время иностранки, и то что прощалось им, абсолютно неприемлемо для девочек из хорошей семьи.

— Выходит, вместо семьи я обрела клетку, эфендим? Вы это хотите сказать?

Но железного Эмира непросто выбить из колеи. Он стоит как скала — несгибаемый и несговорчивый.

— Мы достаточно долго сохраняли эту интригу, Ясемин, — продолжает он, — и Стамбул, и Измир, да что там, пол Турции считает Лале моей дочерью. В какое положение ты меня поставишь, если откажешься?

А вот это уже манипуляции. И пока я беззвучно открываю и закрываю рот, пытаясь выдать что-то глубокомысленное и умное, с кресла слева от нас медленно поднимается Атеш.

— Прости, отец, но Ясемин права. Она скорее поставит нас в это положение, если согласится. Ваш брак вряд ли воспримут в положительном ключе, зато мы можем поступить иначе. Ты не единственный способ для нее получить официальное покровительство семьи Дениз.

Все взгляды устремляются на Атеша, и парень выдает на одном дыхании, ни разу не сбившись:

— Всем будет лучше, если Ясемин выйдет замуж за меня. И если соблюдать хронологию, то я сделал ей предложение первым.

И пока Эмир багровеет и наливается краской, с другого кресла поднимается Доган.

— Я согласен с братом, отец. Ясемин и Лале должны стать Дениз, но у них в самом деле должен быть выбор. Я приезжал в Измир еще до смерти мамы и тоже виделся с Ясемин.

— Зачем? — вырывается у Эмира, и он совсем неласково смотрит на своих сыновей. Но оба стойко выдерживают взгляд, у меня даже просыпается гордость за обоих Денизов. Даже за Догана.

— Как зачем? — тот непонимающе смотрит на отца. — Чтобы сделать ей предложение руки и сердца.