Разведенка с прицепом (СИ)

Сквозь сон услышал голоса, открыл глаза и увидел тебя.

— Атеш… — комок подступает к горлу.

— Подожди, я еще не закончил, — он останавливает меня повелительным жестом, и я внутренне поражаюсь, сколько всего скрыто за этой внешностью беззаботного мальчишки.

Берегитесь те, кто в будущем встанет на пути у Атеша Дениза!

— Я знаю, что ты сейчас скажешь. И если это будет твердое «нет», я отступлю. Но я прошу, умоляю дать мне шанс. Ты ни одного дня, ни одного часа и минуты не пожалеешь, что согласилась. Я превращу твою жизнь в сказку, Ясемин. И с Лале мы точно найдем общий язык.

— Шутишь? — смотрю исподлобья. — Она тебя обожает!

— Это наполовину облегчает задачу, — смеется Атеш, но увидев, как я подаюсь ему навстречу, с серьезным видом говорит: — Я не хочу, чтобы ты приняла спонтанное и невзвешенное решение, Ясемин, поэтому прошу не давать мне ответ прямо сейчас. Когда ты дашь свое согласие на будущий брак, мы обручимся, а поженимся когда придет время.

Как будто спасительная отсрочка, но я знаю, что никогда не смогу так поступить с Эмиром. Чтобы он потом сказал, будто я нарочно соблазнила его сына ради того, чтобы влезть в семью Дениз? Да ни за что!

Но и смотреть в искрящиеся счастьем глаза, понимая, что с моим отказом, эти искры потухнут, у меня сейчас не хватает духу.

Атеш предлагает спасительную отсрочку. Ждет взвешенного решения. Может, есть смысл поговорить с его отцом, пусть посоветует, как отказать и не ранить, у меня точно нет такого опыта.

— Скажи, что ты подумаешь, Ясемин, — просит он, протягивая руку к моему лицу и убирая выбившийся локон.

— Хорошо, Атеш, я подумаю, — сдаюсь, откидываясь на спинку стула. — И больше мы сегодня об этом не говорим. Скажи лучше как там мама? Как отец?

— Маме сегодня с утра было лучше, спасибо. И она просила передать тебе наилучшие пожелания.

— Я очень хочу, чтобы случилось чудо, и она выздоровела, Атеш, — говорю тихо. Он молча кивает и отворачивается.

Нурай больна, врачи еще полгода назад давали ей два месяца, а она продолжает бороться с болезнью. Мне невыносимо жаль, но есть болезни, против которых пока еще медицина бессильна. Даже такая качественная как в Турции.

— К нам идет Каан, — вдруг негромко говорит Атеш. — Откуда он тут взялся? И кто это с ним?

Поворачиваю голову и чуть не падаю со стула, когда вижу, как в зал ресторана вместе с бывшим владельцем нашей фабрики входит Батманов.