Разведёнка

Впредь подумает, прежде чем тянуть лапы к тому, что ему не по зубам. Надо было еще посадить его на бабки, Белый давно просек, что самое действенное наказание для мужика деньгами. И наказал.

Остальные трое его архаровцев пошли внутрь. Женщина сейчас там, Паша знал это. Ее приведут с минуты на минуту. Сейчас.

И это опять было странное чувство.

Нетерпение, злость. Волнение, мать его...!!! Как будто он прыщавый сопляк! Чтоб он сдох, но он ее ждал, каменный от одной только мысли.

Когда девку в офисе не нашли, его словно ошпарило. А потом разлилась ледяная волна паники. Где? Искать!

- Из-под земли достать, - процедил он еле слышно.

Откинулся неподвижным изваянием на сидении, а у самого тревога волнами.

Где? Где? Где?

Как ему не нравилось собственное состояние!

Несколько минут показались веками, а мужчину буквально раздирало на части. Хотелось вырвать эту дрянь из себя. Это трусливое, трясущееся, бл***! Он готов был задавить суку, выедавшую дыру ему в груди, руками. И в это же время внутреннее зверское нутро заходилось ревом от желания вгрызться, присвоить, вжать в себя.

Наконец сообщили, что девка нашлась. В первый момент сердце забилось идиотской радостью. Потом, когда услышал, что она на улице пряталась, опять ледяная волна злости нахлынула."

"Прячется тварь? Знает, сука, что хвост грязный! Наказать. Наказаааать!

Чтоб неповадно было Белого обманывать.

Это было правильно.

И все равно в башке раздрай. Потому что, входя в этот двор, мужчина них*** не понимал, что чувствует. Не знал, что будет делать дальше, ему надо было просто ее увидеть.

А увидел, как она летит на своих каблуках по лестнице, чуть не онемел. Белого накрыло ступором от мысли, что вот сейчас она разобьется прямо у него не глазах. Он готов был броситься к ней схватить, осматривать, убедиться, что жива! И не мог шевельнуться.

Когда понял наконец, что ничего страшного не случилось, пошел дикий откат.

Все это было страшно, непривычно, и ударило в него тараном. Надо было сохранить лицо, защитить себя. Холод, цинизм, сила. Власть, непререкаемая, жесткая - вот единственная защита, которую Паша Белый знал. Он просто не умел иначе.

Говорил ей что-то, а сам оглядывал ее, заметил кровь на коленях, задохнулся, горло сдавило спазмом.

И неизвестно, как бы что повернулось дальше, но она стала дерзить. Обдала его холодом. Презрением.

Она? Английская королева, бл***!

Хохот клокотал у него внутри, а она снова и снова выказывала гонор и строптивость, как будто провоцировала. Провоцировала ЕГО, бл***?

Забыла, кто такой Белый? Ничего, он ей знания освежит!

Бросил ей:

- Ответишь мне на пару вопросов.

И ушел, зная, волкодавы ее следом притащат.

***

А ведь Белый уже был на пределе.