Разведчик. Заброшенный в 43-й

– Ты кто такой?

Человек был худой, обросший; военная форма, довольно грязная и потрепанная, болталась на нем как на вешалке. В плен был взят явно в сорок втором году, поскольку на сукне петлиц были видны выцветшие места вокруг бывших когда-то кубарей.

– Старший лейтенант Осокин. Был командиром противотанковой батареи, в плен попал контуженным в ноябре сорок второго, – четко доложил военнопленный. – Вы партизаны? Возьмите меня в отряд!

Сержант растерялся. Бросить сейчас пленного здесь, значит – обречь его на неминуемую смерть. Но и с собой брать опасно – вдруг предатель? Немцы в абвере вполне могли задумать и осуществить такую операцию. Они и более замысловатые комбинации придумывали, как это было с покушениями на Сталина. Только сомнительно. Откуда абвер мог узнать о появлении разведгруппы?

И сержант нашел выход:

– Бери стекляшку в руки – отвечаешь за нее головой. А машину с грузом уничтожим, зачем такое добро гитлеровцам оставлять?

Игорь вспомнил слова солдата в пивной об опасности обстрела груза. Одна пуля – и сгоришь.

Пленный вытащил из ящика стеклянную емкость, положил ее на край кузова и спрыгнул на дорогу.

Сержант выматерился – пленный был босым. Ну и как он с ними пойдет? Уже на пятом километре ноги в кровь собьет!

– Андреев, дай ему свой «сидор» – пусть стекляшку в него положит. И еще: найдешь место, куда немцев заховали?

– Ночь, темно… Попробую.

– Сапоги с немца стащи, обуть человека надо.

Когда луч света упал на форму, в которую был одет Игорь, пленный шарахнулся в сторону.

– Стоять, старлей! Ты что, думал – мы в своей форме будем?

Андреев с пленным ушли.

Игорь сбегал к машине и снял с задней стенки кабины карабин. Если стрелять из автомата, немцы сразу поймут по звуку – «ППШ». Русские в тылу! Тогда они точно не отвяжутся, пока всю группу не накроют. А из винтовки мог стрелять немец или полицай по пьяни. На всякий случай Игорь попросил сержанта:

– Старшой, отойди от греха подальше.

Игорь и сам десяток шагов назад сделал. Передернув затвор, он навел ствол на ящики в кузове и выстрелил. Ничего не произошло.

Он сделал еще выстрел. Кузов озарился изнутри слабым светом, как от свечи.

Игорь повернулся в сторону эшелона – видно его было смутно, дождь и темно. Он сделал подряд три выстрела. Первые два были без видимого результата, а вот третий выстрел превзошел все его ожидания: возникла яркая вспышка, потом раздался грохот взрыва. Ударная волна докатилась до разведчиков.

– Вот это мы знатный костер устроили! – восхитился старшина.

Грузовик быстро разгорался. Из кузова слышались легкие хлопки – это лопались стеклянные сосуды.

Огонь с каждой секундой набирал силу, и вот уже весь грузовик охвачен пламенем, над кузовом – столб огня, пышет жаром.

– Надо уходить.