Разведчик. Заброшенный в 43-й

Радист сидел на стуле, весь бок в крови. Комната была невелика, и почти все пули от очереди Игоря достались ему.

Игорь стянул наушники с головы убитого радиста.

– Двенадцатый, отзовись, – монотонно бубнил радист на связи. – Что у вас происходит?

Игорь приложил к уху один наушник, щелкнул тангету на передачу.

– Слушай, абонент! Дом занят русскими, сюда высадился полк десанта. Предлагаю всем сдаться, гарантирую жизнь. Всем, бросившим оружие, жизнь! Выходите к порту с поднятыми руками!

В комнату ворвался старлей, глаза у него были бешеными:

– Ах ты, сука! Наши координаты немцам передаешь? То-то в разведку напрашивался! Да я тебя собственной рукой шлепну, без всякого трибунала! – и вскинул пистолет.

Игорь увидел, как указательный палец его руки стал медленно давить на спусковой крючок, и бросился в сторону. Потом – под ноги старлею, свалив его на замусоренный пол.

– Окстись, старлей! Я радиста убил, он еще тепленький. А немцу, что на связи был, сказал, что сюда высадился полк морской пехоты, что положение у них безвыходное и они должны сдаться. Жизнь мы им гарантируем.

Все то время, пока он это говорил, руку старлея с пистолетом держал мертвой хваткой.

– Отпусти, стрелять не буду. Услышал немецкую речь, а тут ты по рации по-немецки разговариваешь. Дурное подумал.

– Горяч ты, старлей! – Игорь отпустил руку.

Старлей встал, отряхнулся.

– Бери наушники, послушай, что фриц говорит.

Игорь взял наушник и приложил его к уху. Ко второму наушнику прилип Чалый.

В эфире звучал встревоженный голос:

– Ахтунг! Всем, кто меня слышит! В порту – полк русской морской пехоты!

– Передай – сейчас город бомбить будут, – прошептал старлей, видимо, попугать решил, обстановку стал нагнетать.

То ли знал старлей кое-что, то ли просто совпадение, но после того, как Игорь перевел, послышался нарастающий звук моторов – это на город пикировали наши «горбатые». Дома у порта они не трогали, бомбы бросали в центр города. Зайдя на второй круг, они пустили реактивные снаряды по невидимой морпехам цели.

Заработали зенитки немцев, вверх потянулись огненные трассы.

А штурмовики уже на третий круг заходят, из пушек и пулеметов огонь ведут. В городе были видны дымы, начались пожары.

Самолеты умчались. Игорь, наблюдавший за ними из окна, с удовольствием отметил – ни один не сбит.

Морпехи очистили дом от противника – оборонял его взвод пехотинцев вермахта.

Чалый сказал:

– Самое время атаковать. После штурмовки немцы сейчас потери подсчитывают, раненым помощь оказывают, будут силы перегруппировывать.

– Так чего мы ждем?

– У меня рота. В тех зданиях, – Чалый указал рукой на соседние дома, – тоже не больше.

Старлей посмотрел на часы – большие, наручные, Ленинградского завода, довоенного выпуска.