Разведчик. Чужая земля

Кашеваров поднял палец.

С востока доносились выстрелы пушек, пулеметная стрельба. И не далеко, едва слышимая, как утром, а значительно ближе. Неужели наши пробиваются? Игорь на помощь не надеялся, зная, что их рейд, захват моста, лишь обманный маневр. Но надежда умирает последней. Подхода наших войск разведчики ждали, можно сказать – считали часы. Вести открытый бой для разведчика дело хоть и привычное, но нежелательное. Все понимали, почему направили их, а не пехоту. Пехотинцы без навыков, мост атаковали бы, понесли потери и еще неизвестно – взяли бы?

Немцы отобедали, снова стали стрелять из минометов. Но не батареей, а одним минометом. Вели беспокоящий огонь. Потом разрывы прекратились. И почти сразу от домов голос из динамика, на плохом русском, с сильным акцентом:

– Воины Красной Армии, сдавайтесь! Вы окружены. В плену вас ждет хорошая еда и медицинская помощь!

Баклюков высунулся из окопа по пояс, согнул руку в локте, показал неприличный жест.

Муравьев схватил его за пояс, дернул вниз. Одновременно с немецкой стороны хлопнул выстрел, пуля ударила в бруствер.

– Баклюков, ты что, сдурел? – накинулся на него Игорь.

– А чего он басни рассказывает?

– Время тянет, отвлекает. Немцы напасть готовятся.

В небе раздался шум моторов, показались два штурмовых «ИЛ-2». Значительно выше их прикрывала пара «ЛА-5». «ИЛы» заложили круг. Скорость у них невелика, явно разглядывают, где, кто и что. Муравьев забеспокоился.

– Как бы по нам не вдарили!

Немцы называли наши штурмовики «цементными самолетами». Уже после войны досужие журналисты придумали разные названия, вроде «летающий танк», «черная смерть». Из показаний пленных немцев Игорь твердо знал, что больше всего немцы не любили «ПЕ-2», те бомбили с пикирования, очень точно, а попасть в него трудно, при пикировании в прицеле лишь мишень, маленькая точка.

Штурмовики исчезли за домами, неожиданно зашли со стороны реки и дали залпы реактивными снарядами. У домов вспухли разрывы. С ревом пронеслись низко над мостом, развернулись, и пошла веселуха. Сбрасывали бомбы, стреляли из пушек, делая заход за заходом. Из-за домов стали подниматься дымы, причем черные. Так бывает, когда горит техника. Со стороны немцев ударила трассерами зенитка, ее сразу подавили реактивными снарядами. Израсходовав боезапас, ведущий покачал крыльями над мостом, и штурмовики скрылись из вида.

Разведчики приободрились. Раз прислали самолеты, огнем поддерживают, значит, помнят, не бросили немцам на погибель. А моральный настрой – великое дело в сражении. Бойцы еще долго прислушивались – не слышен ли рев танковых моторов? Не идут ли наши?

Немцы до вечера попыток атаковать не делали, видимо, от штурмовиков досталось сильно. Когда стемнело, поужинали.