Разве я могу быть счастлив без тебя

Только сейчас она обратила внимание насколько сильно Один пострадал в поединке с её отцом. Но казалось, раны не особо беспокоили мужчину.

— Твои руки уже практически зажили, так что сегодня вечером будешь прислуживать в зале. Только мне. И чтобы никаких травм. Я ясно выразился? — Один встал с кровати, не отрывая взгляда от Евы. Ему очень хотелось вернуться в кровать к девушке, но он сдержал этот порыв, — Вставай, нечего прохлаждаться, на кухне много работы.

Обрадовавшись, тому, что Один не стал требовать продолжения, Ева вскочила с кровати, озираясь в поисках платья. Сейчас она была согласна на любую работу, лишь бы избежать общества Одина. Лучше бы она сидела в комнате и не выходила на улицу, желая узнать, что происходит.

Торопливо натягивая платье, Ева повернулась к мужчине, который продолжал стоять рядом и смотреть на то, как она одевается. Краска смущения залила девушку, и она туго затянула поясок, который еще совсем недавно развязал Один.

— И еще, — добавил Один, видя, что Ева направилась к выходу, — Постарайся не попадать в неприятности, иначе мне надоест спасать тебя.

— Тогда я постараюсь избегать вас.

Не дожидаясь ответа, Евы выскочила из комнаты. Неужели, она сейчас огрызнулась? Оглянувшись на дверь, и понимания, что Один не последовал за ней, что бы наказать, Ева прислонилась к стене, испуганно вздыхая. Нельзя злить этого мужчину. Это Ева твердо понимала. Иначе, её жизнь превратиться в еще больший ад, чем есть сейчас.

Звук капающей с потолка воды сводил с ума, практически с такой же силой, что и режущая боль во всем теле. Со стоном перевернувшись на живот, Гаррик вздохнул, тяжело переводя дыхание. Он чувствовал под щекой ледяной пол, приятно холодящий горящее лицо. Это даже немного отрезвляла и на минуту позабыв о ранах на спине, Гаррик задумался над тем, что же делать дальше. Одно он знал точно, когда доберется до этой шлюхи, живого места на ней не оставит. Он сделает то, что делал каждый раз, когда девчонка попадалась ему на глазах.

Гаррик усмехнулся и тут же поморщился от боли в губах. Проклятье, но ему даже не нужно было придумывать причину, чтобы раз за разом, избивать эту тварь. Она должна ему. Она просто обязана испытать на себе всё то, что когда-то испытал он сам. Теперь же он доведёт дело до конца. К сожалению, несмотря на то, что он еще много лет мог наслаждаться и причинять ей боль, им пришла пора расстаться. А ведь девчонка несомненно приносила ему удовольствие своими криками и жалким никчемным видом.

Теперь же, ему предстоит в последний раз взглянуть на то, как она будет мучаться. Гаррик упивался этой мыслью представляя, как Ева корчится у него под ногами, умоляя остановиться. Но нет.